В Черной башне мир замерзает под гнетом боли и безысходности, где врачебные дары не всегда спасают сердца израненных пациентов. Дэлглиш, оставаясь последним свидетелем этого ужаса, понимает, что даже самые взвешенные взрослые люди могут столкнуться с трудностями при попытке создать настоящие человеческие связи....
Он все завещал Уилфреду в пользу Тойнтон-Грэйнж, и, насколько я слышала, денежки придутся как раз вовремя. Кроме него, в наследниках еще только Грейс Уиллисон. Ей досталось это старое бюро. По крайней мере достанется, когда Уилфред позаботится вышвырнуть его отсюда.
Незнакомка устроилась в кресле у камелька, вытянув обе ноги. Волосы ее разметались по высокому подголовнику. Дэлглиш придвинул себе одно из кресел-качалок и сел напротив нее.
— Вы хорошо знали отца Бэддли?
— Да мы здесь все друг друга хорошо знаем, от этого и половина бед.
— В этих краях, возможно, на день-другой. Но здесь-то уже не останешься…
— Не понимаю, а почему бы нет? Если, конечно, хотите. Дом пустует, во всяком случае, пока Уилфред не найдет новую «жертву». В смысле, арендатора. И не думаю, что он будет иметь что-нибудь против. Кроме того, вам ведь надо разобраться с книжками, правда? Уилфред наверняка захочет, чтобы их убрали к появлению нового священника.
— Значит, коттедж принадлежит Уилфреду Энсти?
— Он хозяин Тойнтон-Грэйнж и всех коттеджей, кроме коттеджа Джулиуса Корта — этот находится чуть дальше, ближе к берегу, из него одного вид на море открывается.
"— Не думаю, что мои умения покажутся ему такими уж ценными и полезными.
— Тогда я бы на вашем месте осталась, если, конечно, это вас устраивает. Впрочем, лучше сразу ввести вас в курс дела. Глядишь, передумаете.
— Начните с себя, — предложил Дэлглиш. — Вы еще даже не представились.
— Боже праведный, и впрямь не сказала! Прошу прощения. Я Мэгги Хьюсон. Мой муж — местный врач.
— А отца Бэддли ваш муж лечил?
— Называйте его Майклом, мы все его так звали, кроме Грейс Уиллисон.
