Автор
В темных улочках уличные мигалки создают хаос ночного света. Патти надевает значок полицейского на шею и застегивает его поверх куртки, чувствуя себя настоящим профессионалом на пороге опасной операции. Ночь холодная даже для апреля, но сердце у нее бешено колотится от напряжения....
Чувствуя головокружение и с трудом пытаясь не поддаться панике, она останавливается на лестничной площадке третьего этажа — одна посреди хаоса — и, присев на корточки, берется за голову и старается собраться с мыслями. Все тело дрожит, а из глаз капают слезы, расплывающиеся на бетоне пятнышками.
«Тебе необходимо это сделать», — мысленно уговаривает она себя.
Она преодолевает оставшиеся пролеты лестницы, чувствуя, что в груди по-прежнему жжет, а ноги стали какими-то резиновыми. Наконец она проходит в дверь, ведущую с лестницы на шестой этаж.
Там кипит работа: щелкают фотоаппараты, суетятся специалисты по сбору улик, полицейские в форме допрашивают соседей. Пэтти замечает знакомого судебно-медицинского эксперта Рэмзи.
Она делает шаг, затем еще один, но ей при этом кажется, что она вообще не продвигается вперед, а просто перемещается по кругу в каком-то аттракционе ужасов…
— Туда заходить нельзя.
— Пэтти.
— Детектив Харни. Пэтти!
Кто-то хватает ее за руку. Ее взгляд неспешно — как при замедленном воспроизведении видеозаписи — движется по лицу лейтенанта Визневски, которого все называют Визом.
— Пэтти, я… О господи… Мне очень жаль.
— Он… Он…
Пэтти не может заставить себя договорить.
— Они все, — говорит Виз. — Мне очень жаль, что именно я вынужден сообщить об этом.
Пэтти качает головой и пытается высвободить руку.
— Туда нельзя заходить, Пэтти. Пока еще нельзя.
Виз становится перед ней, преграждая путь к двери.
Она с трудом подыскивает подходящие слова:
— Но я ведь… Я знаю, как… как себя вести на месте преступления.
«На месте преступления». Звучит так, как будто речь идет всего лишь еще об одном акте насилия, с которым она то и дело сталкивается в своей профессиональной деятельности.
— Но не здесь, детектив. Туда пока еще нельзя. Дай нам возможность попыта… Пэтти, перестань…
Она отбивает в сторону его руки и резко толкает его. Едва удержав равновесие, он хватает ее за плечи.
— Пэтти, пожалуйста, — говорит он. — Никому не пожелаю увидеть своего брата в таком состоянии.
Она смотрит Визу прямо в глаза, почти не видя его и лихорадочно пытаясь до конца все осознать. У нее мелькает мысль, что, возможно, Виз прав и ей не следует смотреть на труп, потому что, если она не увидит брата мертвым, он и не будет для нее мертвым, он не уйдет в мир иной…
Раздается треньканье лифта.
Но ведь он сейчас не эксплуатируется: ребята из Управления судебно-медицинских экспертиз посыпают его специальным порошком.
