Автор
Внутри клуба генералов жестоко взвалили на Елизавету Ивановну подозрения в шантаже детей и мошенничестве с мобильными телефонами. Каждый следующий эпизод усиливает атмосферу заговора, пока неясность заставляет читателей задумываться о верности их подзащитного во взглядах на справедливость и предательство....
Растекалась кровь и капала с помоста, черное тело упало рядом с головой и осталось лежать неподвижно.
Толпа подождала еще немного и разочарованно выдохнула:
– Простая кошка! Тьфу!
«Святой Воин», зарубивший черную кошку «демонской природы», озадаченно почесал в голове:"
"– Что-то не так, ведь брат Ормонд был точно уверен! Вы не ту тварь притащили, олухи!
– Точно ту, – возразили лакеи, но их уже не слушали.
Зрелища не получилось. Толпа разошлась. Тело кошки осталось лежать на помосте.
------------------------------
Вся Шарила с раннего утра бурлила слухами и сплетнями, причем слухи про связь генерала Ардамаса с демонами после неудачной демонстрации на площади никто уже и не вспоминал.
– Что случилось? – нахмурил брови Леон.
Юноша всхлипнул и утер нос рукавом, хотя генерал постоянно ругал его за эту дурную привычку. Сглотнув ком в горле, Огаст прохрипел:
– Ваша Кошка, генерал... Она... Ее...
– Она сумела и из ванной комнаты выскочить? – улыбнулся генерал. – А я как раз собирался тебя за ней во дворец отправить. Вот непоседа, все ей неймется куда-то сбежать! Ничего, Кошка – умница, и дорогу до дома найдет точно.
По лицу Огаста ручьем потекли слезы.
– Ормонд велел схватить Кошку, чтобы продемонстрировать толпе на площади ее демонскую природу... Не знаю как, но его приспешники ее нашли и притащили на площадь...
Леон побледнел и встал из-за стола в рабочем кабинете своего дома. Посмотрев на зареванное лицо оруженосца, он тихо спросил:
– И что?
– Ей отрубили голову, – еле слышно прошептал Огаст, – она до сих пор так и лежит на том помосте на площади.
Эпилог
С оцепленной солдатами центральной площади уже давно сбежал народ, и сейчас на ней было очень тихо. Особенно в центре, куда почти не доносилось бренчание оружия, которым были обвешаны патрулирующие район дворца солдаты. Генерал бегом вбежал на площадь, бросился к деревянному помосту, с которого днем выступал перед народом сторонник Драгейда из Воинства, и опустился на колени перед телом своей Кошки.
