В черном великолепии герцога Андоверского ждет неудача в похищении светской красавицы. Его телохранитель Лью Трейси Клэр Бельмануэр, облаченный в черное с серебром, не ожидает легкой победы. Эта книга — портрет мрачной интриги и нераскрытого заговора в мире богемных грез....
В последнем отчаянном усилии высвободиться Диана произнесла вслух имя того, кто, как она считала, находится в сотнях милях, где-то страшно далеко, за морями, и в ту же секунду ей ответил хрипловатый, полный холодной ярости голос:
— Вы ошибаетесь, Бельмануар!
Чертыхнувшись, Трейси отпустил девушку и развернулся.
На фоне темного окна со шпагой в руке и угрожающим блеском в синих глазах стоял милорд.
Трейси не сводил с него глаз, на лице его застыло выражение крайнего изумления.
Диана, едва веря своим глазам, потрясенная этим чудесным спасением, слепо шагнула к Карстерсу.
— Слава Богу! Слава Богу! О, Джек! — воскликнула она.
Он подхватил ее в объятия и бережно усадил на диван.
— Неужели вы сомневались, дорогая, что я приду?
— Но я думала… вы во Франции! — прорыдала она и уткнулась лицом в подушки.
Карстерс обернулся к герцогу.
Трейси, оправившись от первого потрясения, разглядывал его через лорнет.
— Вот уж поистине нечаянная радость, милорд, — насмешливо и высокомерно протянул он.
Диана, удивленная этим обращением, вскинула глаза на Карстерса.
— Я заметил, что шпага ваша в углу, прямо у вас за спиной, герцог! — бросил Джек и, подлетев к двери, повернул ключ в замке, а потом сунул его в карман.
Диана едва узнавала его сейчас: ни следа добродушия в сверкающих синих глазах, во всех движениях и манерах — ни капли мягкости и обходительности, обычно присущих мистеру Карру. Лицо его было бледным, как мел, рот превратился в плотную линию, ноздри раздувались.
Герцог с напускной небрежностью пожал плечами.
— Но, Карстерс, дорогой, почему собственно я должен драться с вами? — заметил он, уже, казалось, ничуть не смущенный этим неожиданным вторжением.
— Я предвидел этот ответ, ваша светлость. А потому изволил захватить вот это!
И с этими словами Джек швырнул ему шпагу, которую держал в руке. Она вонзилась в деревянный пол и задрожала.
Трейси с самым бесстрастным выражением лица взял ее в руки и взглянул на рукоятку.
Пальцы его конвульсивно сжались. И он устремил пронизывающий взгляд зеленых глаз на Джека.
— К вашим услугам, — вежливо ответил он и положил шпагу на стол.
Злобный блеск в глазах милорда немного угас, в уголках рта заиграла торжествующая улыбка. Он быстро скинул сюртук из тонкого бархата, затем — жилет и ножны, стянул тяжелые сапоги для верховой езды, заляпанные грязью, и подвернул манжеты рубашки, ожидая, когда герцог будет готов.
