В черном великолепии герцога Андоверского ждет неудача в похищении светской красавицы. Его телохранитель Лью Трейси Клэр Бельмануэр, облаченный в черное с серебром, не ожидает легкой победы. Эта книга — портрет мрачной интриги и нераскрытого заговора в мире богемных грез....
— Слишком много на себя берете, О’Хара!
Затем, нетвердо ступая, он подошел к Ричарду.
— Дик сказал вам много, но не все. Ни один из вас не знает причины, по которой мы пошли на это. Однако все вы знаете его достаточно хорошо, чтоб понять, что причина была весьма веская, уж поверьте. И если кто-то желает высказаться по этому поводу, буду рад его выслушать… Прямо сейчас! — глаза его грозно сверкнули, оглядывая маленькую компанию, и на секунду задержались на непроницаемом лице Майлза. Затем Джек обернулся к брату и, протянув ему руку, улыбнулся своей особенной, немного лукавой улыбкой.
— И ты можешь вот так, спокойно, говорить со мной и жать мне руку?.. — пробормотал Ричард, не осмеливаясь встретиться с братом взглядом.
— Господи, Дик, ну не будь же смешным! — воскликнул тот и еще раз потряс брату руку. — Ведь и ты сделал бы то же самое для меня, верно?
Тут к ним протиснулся Эндрю.
— Ах, друзья мои, ну что пользы вспоминать о старых болячках! Да и в конечном счете, какое все это имеет теперь значение! Все давным-давно забыто и похоронено!.
Милорд не сводил умоляющих глаз с О’Хары. Тот нехотя приблизился к Дику.
— Не стану врать, Ричард, я не во всем согласен с тем, что тут говорил Эндрю… Однако, не отрицаю, теперь я стал думать о вас куда лучше, чем… семь лет тому назад.
В глазах Ричарда светилась надежда.
— Так вы не верили, что он виновен?
О’Хара расхохотался.
— Едва ли!
— И знали, что это… я?
— Имелись на этот счет кое-какие подозрения.
— Я хотел бы… о, как я хотел бы, чтоб вы тогда не молчали!
О’Хара лишь вскинул брови и настала короткая пауза. Молчание нарушил герцог Андоверский — и, как всегда, самым неподражаемым образом. Шевеля губами, он оглядел присутствующих.
— Один, два, три… четыре… пять, — пересчитал он их. — Эндрю, будь другом, распорядись, чтоб накрыли стол на пятерых.
— А ты что же, разве не останешься? — спросил удивленный брат.
— Я уже ужинал, — коротко ответил Трейси.
Секунду О’Хара молчал, кусая губы, затем громко расхохотался. Все смотрели на него с удивлением.
— Нет, ей-Богу! — воскликнул он. — Нет, клянусь, сроду еще не встречал такого оригинального злодея! Накрыть стол на пятерых, а? Как вам это нравится? Ах, ты, черт побери!..
— Или же мне следовало сказать «на шестерых»? — невозмутимо продолжал герцог.
