Лорд Карстерс, обвиненный в мошенничестве при игре в карты, вынужден покинуть дом и годами скитаться под чужим именем. Однажды он встречает старого знакомого — герцога Андоверского-Дьявола, сеявшего вокруг порок и распутство. Лорд Карстерс срывает его план похищения светской красавицы. Но герцог не тот человек, который может смириться с поражением…...
И подойти к нему и стать рядом тоже не мог! Не имел права. Мне так и пришлось оставить его там, посреди комнаты, в одиночестве. Боль, светившаяся в его глазах, заставляла содрогнуться. Комната поплыла у меня перед глазами, мне стало дурно. Я упал в кресло и спрятал лицо в ладонях. В тот миг мне было все равно, подозревают они меня или нет. Они знали, как мы с братом привязаны друг к другу, и не удивлялись моей реакции.
Я слышал тихий голос Трейси… он что-то говорил Дэру. О, как же дурно воспитаны и жестоки были эти люди! Они обсуждали подробности сего неприятного эпизода вслух, ничуть не стесняясь Джека.
Тут вдруг заговорил Джек. Я мог лишь догадываться о том, какого мужества стоило ему сохранять достоинство. До сих пор дословно помню все, что он произнес тогда. «Мистер Дэр, ваша светлость, джентльмены, прошу извинить за то, что стал причиной столь неприятного инцидента. Прошу вашего позволения удалиться».
Все словно онемели. Я же услышал его шаги: он подошел к двери, открыл ее… Я по-прежнему не поднимал глаз.
И… и все, что он сказал тогда, было: «Бедный ты мой старина Дик…». Больше ни слова. Он не винил меня ни в чем, он не позволил мне вернуться и рассказать правду.
Вобертон громко высморкался, пальцы его дрожали.
— Вам известно, что случилось потом. Вы знаете, что отец выгнал Джека из дома без единого пенни, знаете, что друзья от него отвернулись, знаете, как убивалась моя бедная матушка. И вам известно, что он уехал, куда — никто не знал. Его не могли отыскать даже когда мать умерла… Последними его словами, обращенными ко мне, были: «Постарайтесь сделать Лавинию счастливой… И забыть все это».
