Ночь была холодной и тихой, но я стояла под замерзающим крыльцом, ждуя машины. Словно подслушиваю молчание, затаившееся в улице после заката. В руках у меня были подарки для друзей, а сердце забилось из-за неудержимого нетерпения встретить Новый Год.
У следствия есть к тебе много вопросов, но ты не бойся, я дам тебе своего адвоката, так что тебя не обидят. И самое плохое – из Варшавы вызвали твою мать и ее мужа, они уже в Москве.
Я громко ойкнула и закрыла лицо руками.
– Держись, я помогу, чем смогу! – Павел притянул меня к себе и поцеловал.
17 июля
– Почему ты нам сразу же не позвонила? – Мать рыдала, кажется, три часа подряд. Вадим сидел неподвижно, был бледнее смерти и даже не смотрел в мою сторону. – Как такое могло случиться? Что между вами произошло?
Я молча держала ее за руку.
– Здравствуйте, – в кабинет зашел полный мужчина с густой вьющейся шевелюрой, – я старший следователь Алексей Ильич. Все собрались?
– Адвокат Елизаветы Бурковой, Андреев. – Мужчина представился и пожал следователю руку.
Вадим поднял на меня ненавидящий взгляд и усмехнулся:
– От нас защищаешься?
Я промолчала, пожалев мать.
– Гражданка Буркова, какие отношения связывали вас и Радиона Прачешку?
– Никакие.
– Алексей Ильич, Буркова только что из больницы, она перенесла тяжелейшее нервное потрясение, позвольте, я все объясню за нее?"
"Нам три часа морочили головы, измочалив так, что в конце беседы я уже едва дышала. Я ни в чем не признавалась, о единственной ночи с Радиком молчала и отвечала односложно. Мать все время рыдала, а Вадим безмолвствовал, словно немой.
– Все свободны.
– Елизавета Анатольевна, я вам больше не нужен? – Андреев отозвал меня в сторону. – Мы с вами, наверное, позже переговорим, да?
– Конечно, спасибо. – Я попрощалась с адвокатом и подошла к матери.
– Лиза, мы в гостиницу. – Мать держалась за сердце. Вадим молчал.
– Мне поехать с тобой? – Я обняла ее за плечи.
– Нет, Вадим со мной! – Мама похлопала по руке мужа. – Завтра встретимся, что-то мне плохо.
– Лиза, – внезапно Вадим заговорил, и я вздрогнула от неожиданности, – прости меня, я не думал, что Радик на такое способен.
Мужчина внезапно разрыдался:
– Но это был мой сын, и я любил его!
Теперь мы обнялись и рыдали все вместе.
Домой я вернулась совершенно измученная и сразу же повалилась на кровать.
– Я уже дома! – Я позвонила на сотовый Паше, и он приехал через полчаса.
– Как все прошло? – Мужчина прилег рядом и поцеловал мне руку.
