В темных подворотнях города происходит внезапное прибытие, где каждая маневра оборачивается новым ударом. Один за другим, люди падают, заблокировав или отражая невидимых агрессоров, пронизанных холодным злобным оружием. Сюжет стремительно развивается в интригующей мрачной атмосфере безумного балагана и неожиданностей....
Попытками, которые увенчались настолько впечатляющим успехом, что у меня невольно начали слезится глаза.Нас провели по узкому длинному коридорусо множеством грубо сколоченных дверей. Сопроводили на второй этаж и буквальновтолкнули в кабинет коменданта.
Тут дышать стало заметно проще. Воздух был свежим из-за настежь распахнутого окна и приятно отдавал какими-то благовониями. Возле стен расположились массивные,грубо сколоченные стеллажи со свитками и книгами. Посреди комнаты стоял письменный стол, заваленный исписанными пергаментами.
Сухощавый мужик с резкими чертами лица, густыми седыми усами и редеющими волосами. Из под серых кустистых бровей на нас смотрели серые, колючие, глубоко запавшие в череп глаза. Судя по синякам под ними, мужчина очень давно не спал.
— Входите, — устало бросил он, смерив нас изучающим взглядом. Кивнул на два стула, стоявших напротив его стола, и добавил, — Присаживайтесь.
— Благодарю, — ответил я, отодвигая стул и роняя на него свою пятую точку.
— Мне о вас уже всё известно, — уставшим голосом прервал меня комендант, — Правда я ожидал увидеть старика и каргу в замызганных мантиях, колпаках и с посохами, а не головореза и… — он осёкся. Скользнул по Айлин оценивающим взглядом. Покачал головой, — наёмницу.
— Это стереотип, — фыркнула девушка.
— А это шутка, — равнодушно-усталым голосом ответил комендант, откидываясь на спинку стула, — Хотя, еслиб не ваши подвиги на площади трёх божеств я бы всё равно не поверил, что вы магики, а не обычные шарлатаны, выдающие себя за таковых.
— Почему? — поинтересовался я.
— Потому, что вы согласились работать с орденом. Несмотря на нашу политику по… — он снова замялся, пытаясь подобрать нужное слово, — Усмирению чародеев. Пошли против своих, можно сказать.
— Они для нас никогда не были своими, — я покачал головой, — Один пытался нас убить, с другими мы не встречались.
— Да, — кивнул комендант, — Я читал донесение епископа Альрейна.
