Автор
Внутри заброшенного завода с звука угрозы и надежды нарастает напряжение. Гул эха усиливается, как будто городские черти скребут по бетону в ожидании очередной удачи или наказания. Вот уже неделя, как мафиози Мастиф выкупил кирпичные цеха, и каждый стремится понять, кто сдал его схему - до тех пор пока старый волк не превратит город в своего подследственного. Кто смел обмануть богатого коммерсанта, ставшего фактическим хозяином столицы?...
Разбив ему коленом нос, выбив передние зубы и хорошенько пнув в пах, Коваль выкинула его в открытую дверь и заорала, что было сил:
– Охрана, мать вашу!
Из другого конца коридора несся конвоир, на ходу дожевывая что-то. Увидев открытую дверь, Марину в коридоре и лежащего у ее ног заморыша, он, не раздумывая, не разбираясь, вывернул ей руку, прижимая лицом к стене:
– Ты как выбралась, сучка?
– Было бы мне надо, я б не орала, тебя не звала, а валила бы уже отсюда по тихой грусти! Отпусти руку, мне больно! Что за бардак у вас творится, а? Эта тварь меня чуть не изнасиловала!
– Иди ты! – выкатил глаза конвоир, тут же выпуская руку арестантки.
– Сам иди! – огрызнулась она, демонстрируя разодранный замок на брюках. – Хорошо, я сплю чутко. Короче, прокурору я это все выложу сразу, как только выберусь отсюда. Полетят головы, к бабке не ходи!
Марина вернулась в камеру, выкинула ключи обалдевшему конвоиру и захлопнула дверь. Нет, этого еще не хватало, чтобы в СИЗО на нее залез какой-то сморчок из «вохры»! Нашел бесплатную лавочку! Она курила, трясясь от злости.
– Марина Викторовна, – заблеял он, не зная, куда деть глаза. – Произошло недоразумение…
– Ой, мальчик обознался, да? – всплеснула руками Коваль, округлив глаза. – Я так похожа на его жену, что он попутал? Ошибся дверью? Бывает!
– Я приношу вам свои извинения…"
"– Засуньте их себе в одно хорошо известное место, товарищ лейтенант! – посоветовала она, перестав дурачиться.
– Может, вам что-то нужно? – попробовал зайти с другой стороны лейтенант.
– Да. Чтобы меня оставили в покое! – рявкнула Марина. – Это понятно?
– Понятно, – вздохнул он. – Мира не вышло.
– Вот уж будьте так добры, а? Век не забуду!
Парень вышел, запирая дверь, а Коваль завалилась на нары и уснула, уверенная, что больше ее никто не потревожит.
Утром она опять похлебала чаю, отказавшись от остального, но сегодня никто не комментировал ее выбор. А потом Коваль повели к следователю, да так вежливо, Версаль просто! «Будьте добры! Пожалуйста! Пройдемте!» Ха-ха!
Следователь, привлекательный мужик чуть старше Марины, тоже был вежлив предельно и аккуратен в выражениях. Предложил ей сигарету, щелкнул зажигалкой.
– Марина Викторовна, – начал он.
