Ненастье и одиночество придавали майскому утру странный оттенок. Встреча с неизвестным вызвала странное возбуждение — комната казалась меньше, а ощущение невесомости усиливалось каждый час ждуна. Так началася черная вдова искать мужа, искал он её, подобно тайной мольбе....
После гибели Лилиан и Эндрю я долго не мог прийти в себя. Сложно передать, что за жизнь с чувством съедающей все внутри вины. Тебе не хочется, чтобы наступал следующий день, но вопреки всем мольбам он наступает... Уже в Бангвиле, спустя пару десятков лет с той ужасной ночи, я решил, что новые отношения притупят боль, помогут смириться с прошлым. В итоге познакомился с привлекательной женщиной. Все было хорошо, пока однажды она не осталась у меня на ночь. Конечно, мы не книжки читали и не на пианино играли.
– Что произошло? – с замиранием сердца поинтересовалась я, хотя его, будто червяк яблоко, подтачивала глупая ревность. – Она стала свидетельницей твоих кошмаров?
– Да. Понятия не имею, как так вышло, что я потерял контроль над собой и отключился. Вместо того чтобы дождаться утра и позволить мне объясниться, Эрин вызвала дознавателей. Из моего бреда она решила, будто это я убил жену и сына, а потом сбежал.
– Что было дальше?
Нечеловеческая мука исказило лицо Марка, на миг он даже вздрогнул от неприятных воспоминаний.
– А дальше начался сущий ужас. Без суда и следствия меня заключили в тюрьму. В первую же ночь сокамерники надумали разделаться со мной. Видимо, не по душе я им пришелся или же хотели просто убить и поделить между собой награбленное добро. Естественно, у них ничего не вышло. Мой секрет раскрылся, и о нем узнал тамошний начальник. Сколько я ни убеждал его, что мое бессмертие не что иное как проклятие, он не поверил.
Последние слова я разобрала с трудом – губы Марка шевелились почти беззвучно, а уже в следующий миг ощутила, как кровь отлила от моих обычно румяных щек.
– Как ты оттуда выбрался?
– Ирэн спасла, когда прознала о моем существовании от одного из своих любовников. Устроила побег, помогла скрыться. Около полугода мы были вместе. Пока я не понял, какое она чудовище.
