Ненастье и одиночество придавали майскому утру странный оттенок. Встреча с неизвестным вызвала странное возбуждение — комната казалась меньше, а ощущение невесомости усиливалось каждый час ждуна. Так началася черная вдова искать мужа, искал он её, подобно тайной мольбе....
– Только не говори, Марк, что у тебя проснулись к ней чувства. Не поверю. Так уж и быть, дорогой, я не трону ее. Но только потому, что не хочу портить с тобой отношения. Однако ты не сможешь противостоять им, – незваная гостья сделала акцент на последнем слове, и ее собеседник заметно напрягся. – И запомни, Марк, хочешь или нет, однажды ты все равно станешь моим. Хватит от меня бегать! Вместе мы гораздо сильнее. Только пожелай, и я помогу тебе стать королем. Разве не об этом ты мечтал?
– Уходи и не смей здесь больше появляться, – от ледяного тона супруга у меня по коже пронесся озноб.
Будь я на месте гостьи, давно бы покинула дом, но ее, казалось, нисколько не волновала его враждебность:
– Не гони меня, милый, а то, смотри, вдруг еще придется приползти ко мне на коленях и молить о помощи, если ОНИ… Хотя ты и сам знаешь, на что они способны. До встречи!
Женщина положила руку на мужское плечо, но лэрд Уэст брезгливо стряхнул ее, словно ему было противно это прикосновение. Хотя утром он поступил со мной точно так же.
"Скорее всего, лэрд Уэст почувствовал мое присутствие, поскольку внезапно повернулся, поднял голову и с непроницаемым выражением впился глазами в мое лицо. Но я видела, насколько плотно были сжаты его губы, и почти физически ощущала волны гнева, исходившие от сердитого супруга.
– Джерард, велите немедленно заложить экипаж! – приказал он появившемуся в холле дворецкому.
Мне же муж не сказал ни слова. Резко повернувшись, он одернул пиджак и широким шагом направился в правое крыло дома. Уже через мгновение дверь его кабинета с грохотом захлопнулась.
Громкий звук привел меня в чувство.
«Кто такая Лилиан? Что за нира нанесла визит лэрду Уэсту? Мне угрожает опасность? И кто такие ОНИ?» – и это только часть возникших вопросов. Однако я четко осознала одно: муж не даст меня в обиду, что немного успокаивало.
Ужин так и остался нетронутым.
