В эхе окон и стен Академии драконов слышался гул. Порой даже мощное заклинание десятого порядка казалось неуклюжим ребенком рядом с величавым тишиной, нарушаемой только мыслями молчаливых адептов. Здесь слова умных ректоров теряли смысл в этом густом шуме размышлений, где каждый думал о чем-то своём — от песков Эйгушской пустыни до глубин собственного сердца....
Уже начала было собирать все книги, как вспомнила, что у меня еще не сделаны выписки для реферата. Застонала. Живот, будто вспомнив о том, что ужин пропущен, заурчал. Но я сцепила зубы. Лучше сейчас еще немного поработать, раз уж я все равно выбралась в библиотеку.
Достала свиток, зачарованное перо и начала поиски. Я выписывала цитаты из книг, сцеживая зевки в кулак, и не заметила, как уснула.
Когда очнулась, маленький светильник, что стоял на столе, уже почти прогорел. Проморгалась и увидела, что напротив меня кто-то спит.
Этот кто-то был мне знаком. Хорошо знаком. Гард собственной персоной. Я пожала плечами. Ну захотелось дракону вздремнуть в библиотеке. Может, ему неудобно в собственной мягкой постельке… Тесно от поклонниц, которые так и норовят развлечь. Может, дракона тяготит обстановка в крыле общежития, отведенном специально для аристократов и богачей. К тому же в оном проживание в отдельных комнатах стоит по семь золотых за месяц.
Дракон, словно почуяв, что я проснулась, встрепенулся и попытался сесть. Но стул и стол оказались коварнее: у Гарда затекли и ноги и шея. Он застонал и… не преминул обвинить меня!
– Ви, ну почему каждое утро, когда просыпаюсь рядом с тобой, начинается с мысли: отчего я не сдох вчера?
– Потому что я – это я.
– Говори конкретнее: ведьма, – беззлобно проворчал пепельный и со стоном начал разминать затекшую шею.
Я с наслаждением потянулась и скорее уже по привычке подколола:
– Зато со мной ты не умрешь со скуки.
– Ага, просто умереть, находясь рядом с тобой, у меня шансов значительно больше. – Дракон все же встал, а потом полез в свою сумку и, выудив оттуда два бутерброда, протянул один мне. – Держи.
– Это взятка или он отравлен? – уточнила я, вгрызаясь в мясо и сыр с хлебом.
– Нет, облит приворотным зельем, – язвительно парировал дракон. – Ешь давай.
«И не выпендривайся», – хоть и не было произнесено, но явственно читалось между строк.
Судя по тому, что пепельный уминал точно такой же бутерброд, приворожить он решил не только меня, но и себя.
– Как специалист говорю, в твоем зелье горчицы маловато и чесночка недоложили.
Дракон закашлялся.
– А что? Мясо и вправду почти без чесночка. А я люблю остренькое…
– Ви, ты же темная! Ты должна бояться чеснока, трепетать перед храмовниками и…
– И вообще гореть на костре, – закончила я за дракона, уплетая за обе щеки.
