Автор
Черная ведьма вынуждена притворяться невестой наследника поместья в обмен на молчание о том, что она спасла его от проклятия. Но между колдуньей и бывшей жабой возникает опасная игра, где ставкой становится не только репутация, но и сердце каждого из них.
Хорошо, что Брент-старший уже был подготовлен, в смысле, сидел.
– Знаешь, брат, это такая запутанная история… – промямлил мой сообщник.
– Она превратилась в жабу после того, как поцеловала Картера, и у меня не получается ее расколдовать, – напрямую объявила я, с наслаждением проследив, как Уильям поменялся в лице.
– Постой-ка, ты имеешь в виду ту самую жабу… – через паузу уточнил он, для чего-то ткнув пальцем в закрытую дверь. – Ту, которая домашний питомец?!
– Сейчас она уже кошка, – поведала я.
– Какая кошка? – выдохнул Уильям.
– Лысая. Кстати, она сбежала, – заметила я.
– То есть по нашему дому шарит лысая кошка, которая была жабой, которая до того была человеком?!
– Как-то так, – согласно кивнула я.
– Вы издеваетесь? – с надеждой глядя на икающего брата, уточнил он.
– Эволюция – страшная вещь, брат. Никого не щадит, – промямлил Картер. – Я сам видел. Она все время в кого-нибудь превращается, то в жабу, то в ящерицу, то в злобного демона.
– А еще эволюцией Дороти заразил он сам, – тут же заложила я главного виновника случившейся неразберихи.
– Из-за твоего мерзостного приворота! – взвился он.
– Именно мои привороты никого в земноводных не превращают! – парировала я. – Нечего к модисткам бегать! Не превратился бы в жабу, ничего бы не случилось…
– Тихо! – Уильям хлопнул ладонью по столу, отчего мы моментально заткнулись и уставились в его сторону в немом изумлении. – И когда ты вернешь Дороти нормальный вид, госпожа ведьма?
– Когда найдется Томми, – совершенно серьезно объявила я.
– Кто такой Томми?! – выказывая редкое единодушие, в унисон рявкнули братья.
– Чего вы кричите среди ночи? Флинта разбудите, – охнула я. – Томми – это исчадие ада, которому надо руки оторвать и сжечь, чтобы обратно не прирастил.
Последовала долгая пауза, намекавшая, что мои кровавые мечты о том, как четвертовать криворукого кузена, в головах братьев приживаться решительно отказывались и вообще-то мало чего объясняли. Подозреваю, что Бренты думали, будто я шучу.
– А поточнее? – сухо произнес Уильям.
– Он мой кузен.
– То есть у тебя еще и подозрительный родственник в наличии, – кивнул он, словно сделал мысленную пометку. – А имя, возможно, у тебя тоже есть?
– Эльза Анна Прицилла Доротея… – вздохнув, я принялась перечислять все свои тринадцать имен, по одному на каждое предыдущее поколение.
– А в этом списке фамилия имеется? – перебил меня Уильям.
