Автор
Начав свой поездку, она видела, как аэропорт преобразился от скучного ожидания до гостеприимной веселой толпы. Здесь царила чистота – беспроводные сети и бесплатные кабельщики добавляли удобства. С каждым прилетевшим город раскрывался в новом свете, поддерживая оживление даже в спокойных уголках....
Накануне свадьбы ко мне пришла однокурсница Нина Фролова."
"Мы не были близкими подругами – просто приятельствовали.
Нина была некрасивой, болезненно худой и какой-то замученной, что ли.
Она посмотрела мне в глаза и сказала: «Любимыми не бросаются, Зоя! И их не предают! Подумай об этом!»
«Я уже подумала, – усмехнулась я. И добавила с вызовом: – И вообще, я выхожу замуж!»
Нина вздрогнула и посмотрела на меня с такой брезгливостью, будто раздавила огромную жабу.
Она молча кивнула и пошла прочь.
А я ревела часа три или больше. Никак не могла успокоиться.
Через две недели после свадьбы я объявила мужу, что беременна.
Он очень обрадовался и сказал, что теперь есть все шансы просить трехкомнатную!
Я посмотрела на него и ничего не ответила. Да и как я могла его осуждать? Я, предательница и лгунья?
Мать все подстроила – с моими сроками и родами. Ее по-друга работала заведующей отделением в роддоме на окраине города.
Подруга хмыкнула: «Вы не первые и не последние! Таких «честных» у нас полроддома!»
Словом, все срежиссировали.
Ну и я роль свою сыграла неплохо.
Тринадцатого марта я родила тебя. Мою дочь. Ты родилась мелкой – наверное, сказалась моя тревожная беременность.
Два шестьсот, сорок шесть сантиметров. Вполне сошла за недоношенную – спасибо тебе!
Муж ничего не заподозрил, и мы стали жить.
Квартиру и вправду дали трехкомнатную. Сочли его перспективным работником. Он лихо двигался по служебной лестнице.
Вскоре его перевели в горком. Дали черную «Волгу». Служебную дачу. Еженедельные продуктовые заказы. Причем такие, что хватило бы на три многодетных семьи.
Были и спецсекции, где мы одевались. Мы – жены партийных работников. Слуг народа. А народ тогда томился в очередях за куском колбасы.
Мне было немного неловко, но… Я ни от чего не отказывалась.
Мы с тобой ни в чем не нуждались, ни в чем. Немецкая коляска, чешская шубка, югославская обувь… Ты была одета как куколка! Ведомственный детсад – с черной икрой, фруктами не по сезону.
Ну а про все остальное… Я тебе не скажу. Потому что стыдно. Стыдно матери говорить такое дочери.
Хотя нет, скажу! Смелости наберусь и скажу. Как мутило от его запаха, от прикосновения. Как я с удовольствием подмечала его огрехи, и мне становилось от этого легче. Как ненавидела. Все расскажу. Если смогу.
