Я была безмерно уверенна в своих способностях и счастье, пока жизнь не сделала меня хрупкой и измученной. Теперь мое существование состоит только из этих слов - от людей. Меня больше не тронет улыбка или смех, я даже забыла, когда последний раз смеялась сама. Этот чёрно-белый танец между жизнью и болью затягивает меня в безвыходную драму....
Похоже, «Чёрно-белый танец» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Где-то глубоко в подсознание билась мысль, что она дерется не только за свою жизнь, но и за жизнь своего ребенка.
Но мужчина был сильнее. Овладевшее им сумасшествие придало силы… Он обрушил удары на лицо, на плечи, на беззащитную спину. А потом поднял ногу, и коленом нанёс удар в живот….
Из горла Даши вырвался не крик, а стон. Стон отчаяния. Безвозвратной потери.
Темная пелена обрушилась не менее стремительно, чем удары мучителя. И последнее, что заметила Даша, прежде чем потерять сознание, высокую фигуру, заслонившую свет….
Глава 17
Она слышала, как мужской голос постоянно звал её.
— Дашка…, милая…. Дашка….
Она пыталась открыть глаза, но у неё не получалось.
А потом она поняла, что не хочет открывать глаза.
Зачем делать усилие? Так хорошо просто плыть куда-то и ничего не делать….
Дарья несколько раз приходила в себя. Сначала она видела склонившееся лица, которые что-то ей говорили, потом она видела белые стены и яркий свет, режущий глаза. Да, темнота была куда приятнее.
И снова было очень тихо.
Но на этот раз тишина была иной. Даша чувствовала, что лежит на кровати. Рядом тикали часы. Где-то вдалеке вещал телевизор или работало радио. Слышался приглушенный шум от колес тележки.
Она медленно, не хотя, открыла глаза и сразу же встретилась с встревоженным взглядом Андрея. Он сидел на кресле рядом с кроватью и, не отрываясь, смотрел на девушку.
Его глаза были красными от слёз.
Даша лежала неудобно, она пошевелилась, пытаясь принять другое положение, но застонала от боли.
— Что не так? Где болит? — Андрей наклонился над ней и осторожно взял за руку. Он не стеснялся своих слез.
— Всё не так.
Разбитые губы слушались с трудом.
— Не говори ничего, Даша. Постарайся лежать спокойнее.
— Дай попить….
Он поднёс к её губам стакан с водой и предупредил:
— Пей небольшими глотками.
У него тоже не было слов.
Когда она в следующий раз пришла в себя, за окнами стояла ночь. Была слышна приглушенная дробь осеннего дождя. Свет в палате был выключен, горел небольшой светильник, который освещал лишь один угол.
— Андрей, — хрипло позвала Даша. Она не сомневалась, что он по-прежнему находиться в палате.
Но ответного отклика она не дождалась. Что-то холодное прикоснулось к сердцу. У неё задрожали губы. Нет, такого просто не может быть! Андрей не мог уйти! Пусть она пробыла в бессознательном состоянии много времени, но он не мог уйти!
Не мог оставить её одну!
— Андрей! — снова позвала она, на этот раз громче.
