Автор
В черное-белую оценку своей жизни всегда верила. Но однажды нежданная встреча заставляет меня переосмыслить все мыслимые аспекты этого градостроительства, отражающего добро и зло. Этот роман – глубокий дискурс на тему этики и эстетики в мире черных теней и белых светов....
Раздается музыка, я закрываю глаза, пропуская ее под кожу, пропитываясь ей, как земля влагой, и начинаю двигаться, вспоминая некоторые чувственные движения румбы. Сексуально двигая бедрами, трясь о пилон, как об партнера, я отдаюсь танцу, как, наверно, отдаются любовнику – без остатка и не понимаю: в чем причина, когда в середине композиции музыка обрывается.
– Ты раздеваться собираешься?
Краска опаляет мое лицо, ее раздраженный вопрос, словно пощечина, бьет по моему самолюбию, и на какое-то время я теряюсь, несмотря на то что я знаю, что танцевала хорошо.
– Раздевайся! – рявкает она снова, и я влетаю в действительность из облаков своих мыслей. Хочется поддаться бараньему упрямству и вместо этого сделать то, что не делала никогда – невоспитанно показать средний палец и, вскинув голову, уйти, но это слишком большая роскошь, когда ты зависим…
Одеревеневшими пальцами я развязываю узел на животе и снимаю тонкую просвечивающуюся кофточку.
– Спасибо. До свидания, – заключает она.
– Это означает нет?! – не двигаясь, спрашиваю я, поражаясь откуда-то взявшейся во мне смелости.
«Ася, это точно ты?! Может, это говорит коньяк, путешествующий в твоей крови?!»
– Да.
Злость затмевает другие более важные чувства, и я, усмехаясь, с вызовом спрашиваю:
– У меня плохая фигура или я плохо двигаюсь?!
– У тебя отличная фигура и ты сексуально двигаешься, – раздается откуда-то мужской голос, и пока я глазами пытаюсь найти человека, похвалившего меня, слышу его требование: – Расскажи о себе.
Прежде чем ответить, я успеваю подумать: какой невероятный у него голос… Низкий, бархатный, обволакивающий, словно теплая кофта в прохладу, своим очарованием…
Существуют голоса, которые можно слушать бесконечно, в которые можно влюбиться, даже не видя человека.
