Автор
В черное-белую оценку своей жизни всегда верила. Но однажды нежданная встреча заставляет меня переосмыслить все мыслимые аспекты этого градостроительства, отражающего добро и зло. Этот роман – глубокий дискурс на тему этики и эстетики в мире черных теней и белых светов....
Давно у меня не было такого дерьмового настроения.
Паркуюсь по привычке в стороне от ее окон и иду к подъезду.
Перескакиваю ступеньки, поднимаюсь к квартире, звоню. Понимаю, что могу встретить ее маму, помню: девчонка не хотела меня с ней знакомить, но сейчас распирает от желания сделать что-нибудь как она – назло.
Назло сделать не выходит: Ася сама открывает дверь и испуганно таращится на меня.
Не знаю, какой властью она надо мной обладает, как такое вообще возможно, но я смотрю в медовую радужку ее глаз и забываю о разрушающих меня чувствах – это какая-то магия.
Девушка первая прерывает наш зрительный контакт и спрашивает:
– Что ты хочешь?! Я написала заявление об уходе!
Пара фраз, и магия добра и всепрощения рассеивается, и я твердо произношу, чтобы до нее дошло:
– Ты не будешь работать вообще, или ты будешь работать в моем клубе!
– Я не буду работать в твоем клубе! – с вызовом выплевывает Ася и отворачивается не в силах выдержать мой испепеляющий взгляд. Пялится в стену, избегая снова попасться, а у меня ощущение, что это я смотрю на стену и с ней же разговариваю.
Злость с новой силой распространяется во мне. Глупая, вредная девчонка.
– Ты хочешь поэкспериментировать?!
Молчит. Усмехаюсь."
"– Ты, наверно, забыла про того борова, что распускал руки?! Во многих других клубах – это нормальное явление. Даже приветствуется! Дополнительные удовольствия для гостей! Никто не придет спасать!
Смотрю на ее непроницаемое лицо и продолжаю:
– А еще ты будешь обязана танцевать приват.
Вижу: дергается, нервничает, и я протягиваю ей невидимую руку, потому что дурак, потому что люблю ее и мне не безразлично, что она делает с собой и со своей жизнью.
– Ты решила расстаться. Как хочешь. Но не обязательно все рубить с концами.
«Будешь спать на жестком диване, если спать со мной в кровати тебе нос колет,» – добавляю молча и, достав из кармана куртки заявление, принесенное Клео, рву на ее глазах, и вкладываю в руку.
Бросаю на нее долгий прощальный взгляд, разворачиваюсь и ухожу. Каждая ступенька вниз от моей сладкой девочки как микропорез в сердце – вроде бы ерунда – царапина, но общая картина неутешительна.
