Автор
В черное-белую оценку своей жизни всегда верила. Но однажды нежданная встреча заставляет меня переосмыслить все мыслимые аспекты этого градостроительства, отражающего добро и зло. Этот роман – глубокий дискурс на тему этики и эстетики в мире черных теней и белых светов....
А я выдыхаю и понимаю: он не считает себя ни в чем виноватым, для него я шлюха и обманщица. Остается только надеяться, что Макар будет держать язык за зубами и не станет рассказывать общим знакомым об информации, которую раздобыл обо мне, проследив. В конце концов это не в его интересах, ведь он твердил всем, что я его девушка, и надеюсь: ему не захочется признаваться в том, что какая-то шлюха сделала из него дурака.
Марк сдвигает меня с места и направляет к парадной. Остается только молиться, чтобы все не закончилось ссорой дорогих мне людей.
Ступенек оказывается значительно меньше, чем обычно, и минуем мы их значительно быстрее, чем хотелось бы.
Не желаю открывать дверь своим ключом и звоню.
Мама распахивает ее и не скрывает удивления, оттого что я пришла не одна. Под сбивчивый аккомпанемент громыхающего сердца я бормочу:
– Мама, это Марк – мой любимый мужчина. Марк, это моя мама – Ольга Константиновна.
Он улыбается ей и протягивает заранее купленный шикарный букет. Она, не демонстрируя на лице эмоций, берет цветы.
Чувствую ободряющее тепло пальцев мужчины, сжимающего мою руку, и пытаюсь впитать всю его силу и решимость отстоять наше счастье.
– Пойдемте выпьем чай, – беру на себя позабытую мамой роль радушной хозяйки.
Кухня, напряжение, пронизывающее меня, закипающий чайник.
– Как вы познакомились?! – звучит первый ее вопрос.
От волнения сжимаю в руке чашку с такой силой, что, мне кажется, еще секунда и она лопнет, и жду его ответа. Марк невозмутим.
– Случайно.
Понимаю: он смягчает правду, но для моей мамы подобное знакомство не добавит плюса ему в копилку.
– С каких пор, Ася, ты ходишь в клубы?! – получаю словесный подзатыльник и недовольный взгляд, который чувствую, даже не поворачиваясь.
Не отвечаю, а тихонько вздыхаю и завариваю чай.
– И как давно это произошло?
– Больше двух месяцев назад.
Маме от чего-то становится легче. Я с удивлением поглядываю на нее, выкладывая на стол печенье и конфеты.
– Но тогда вы должны знать, – победоносно начинает она.
Не даю ответить Марку и встреваю:
– Все с точностью наоборот. Мы поссорились с Марком, и Макар был тем, кем я пыталась утешиться!
Мама пытает меня взглядом и, убедившись, что на лице не дрогнул ни один мускул и мои глаза кристально правдивы, хмурится.
– Чем вы занимаетесь?! – возобновляет она свой допрос.
