Автор
В черное-белую оценку своей жизни всегда верила. Но однажды нежданная встреча заставляет меня переосмыслить все мыслимые аспекты этого градостроительства, отражающего добро и зло. Этот роман – глубокий дискурс на тему этики и эстетики в мире черных теней и белых светов....
Действительность возвращается только после слов Маргариты:
– У Асаль пока испытательный срок и она еще не вправе выполнять все пункты crazy-меню. Вы можете выбрать любую другую девочку.
Я практически с обожанием смотрю на женщину. Она словно протянула мне утопающей руку и вернула меня к жизни.
Однако мой гость оказывается упрямым.
– Я хочу эту.
– Она станцует для вас свой первый приватный танец, но чуть позже.
– Что за хрень. Я не хочу ждать, – привлекая к нам всеобщее внимание громко выброшенными фразами, орет мужчина.
– Она станцует вам его бесплатно в качестве компенсации за ожидание, – сладко говорит Мегеровна и получает от меня холодный взгляд. Я платно-то не хочу это делать, а бесплатно меня точно никто не заставит!
– Ладно, – кидает, словно мелочь на паперти, гость и машет рукой на Маргариту, чтобы та ушла."
"Время после этого инцидента тянется как ириска из моего детства – медленно и тягуче. Мужчина самостоятельно решает, что в качестве компенсации за неудовлетворение его желаний ему доступна опция прикасаться ко мне больше и настойчивее, а я, старательно пряча брезгливость за тающей улыбкой, стараюсь незаметно увеличить расстояние между нами.
За первым коктейлем следует второй и третий, и я, изнемогая от посягательств своего фривольного гостя, которого, похоже, забавляет странная дерганая девушка, молю о том, чтобы диджей быстрее назвал мое имя, и я могла уйти.
Наконец это свершается, и я, как пружина, прорывающая ткань старой обивки, подскакиваю с дивана и направляюсь к сцене.
Исполнить во второй раз танец оказывается легче. Я опять абстрагируюсь, закрываю глаза и раздеваюсь на глазах присутствующих. Но собрать деньги – для меня все также одно из самых неприятных занятий, и прикосновение к моему телу чужих рук вызывает противную дрожь и отвращение, видно я точно не из семейства кошачьих, и чужие ласки мне претят.
Как только сборы податей завершаются, я вылетаю из зала и иду в убежище гримерной переодеться и набраться сил для продолжения нескончаемой ночи.
В этот раз к успокоительной бутылке я не притрагиваюсь, да и выпитым коктейлям веду счет, потому что вариант уснуть на диване и проснуться в квартире Марка меня не устраивает.
Едва я снова вхожу в зал, как опять становлюсь свидетелем того, как умело Злата «разводит» гостя.
