Автор
В черное-белую оценку своей жизни всегда верила. Но однажды нежданная встреча заставляет меня переосмыслить все мыслимые аспекты этого градостроительства, отражающего добро и зло. Этот роман – глубокий дискурс на тему этики и эстетики в мире черных теней и белых светов....
– Ты шутишь?!
Кидаю мрачный взгляд вместо ответа, но женщина предпринимает новую попытку меня переубедить:
– Никто не поймет, почему эта выскочка выступает вперед тех, кто уже не меньше года работает здесь.
– Скажи, что это мое решение... А решения начальства не обсуждаются!
Она фыркает.
– Марк…
Не хочу, чтобы Марго сейчас сказала то, что заставит меня указать ей на дверь. Она обладает всеми необходимыми качествами отличного менеджера, и мне не хочется заморачиваться поисками другого.
– Я приду через пять минут.
Женщина демонстративно вздыхает и уходит, а я слышу слова Стаса «на сегодня все» и вижу, как Ася подбирает свое полотенце и вытирает лицо и шею. Встаю со стула и направляюсь в ее сторону, пока моя решимость еще подтапливается недавно виденными сексуальными картинками.
Девушка оборачивается на звук моих шагов и растерянно смотрит то на меня, то на дверь. Видимо, решает: успеет она удрать или нет.
«Нет, сладенькая, не получится!» – предупреждаю взглядом.
Стас, посмотрев поочередно на нее и меня, поднимает вверх руку в качестве безмолвного прощания и без слов идет к двери.
Когда мужчина исчезает и захлопнувшаяся дверь сообщает об этом, я бросаю ничего не значащую фразу просто для того, чтобы начать разговор:
– Отличная тренировка!
– Спасибо, – пищит она себе под нос.
Я подхожу максимально близко – настолько, что девушка начинает сильно нервничать.
– Ася, – зову ее специально для того, чтобы вынудить посмотреть на меня.
Девушка, секунду помешкав, отрывается от пола и нехотя начинает скользить вверх. Мы встречаемся взглядами. Теперь я понимаю смысл слова «поплыл». Именно сейчас я точно поплыл, добровольно попав в плен ее бездонных глаз, затягивающих в свой теплый янтарный водоворот. Никогда не был сентиментальным, но в данную секунду мне хочется, как наивному юнцу, восторженно признаться, какие невероятные у нее глаза.
