Автор
В черном мире предательства и стремлений ставит вас на грань долга и совести в роман "Черное и белое". Начало пути для главной героини - путешествие за границу, где она вынуждена бороться за свою безопасность и честь. Атмосфера мрачная и напряженная, но с подспудным движением добра и предательства в каждом персонаже....
С подарками, конечно. Смягчаю недовольство непосредственного начальника соломенной шляпой, крокодильей кожей, ромом и духами из ирландского дьюти фри.
Кубинский дух царит и в нашем кабинете. Мои коллеги оказываются охочими до рома и к концу рабочего дня готовы танцевать румбу прямо на столах. Убегаю я чуть раньше, поскольку сегодня нам ещё в гости ехать.
Наташкина тачка стоит у подъезда. Надо было позвонить ей, но как-то даже и времени не нашлось. Оправдание. Враньё, иначе говоря. Захотел бы — нашёл. Просто даже и не подумал, увлечён был делами, а она там с ума, наверное сходит из-за батюшки своего.
Выбегаю из лифта, открываю замок и влетаю домой.
— Наташ, я дома!
Никто не отвечает.
— Наташка! — кричу я. — Привет! Ты где?
Сбрасываю ботинки и иду по коридору.
— Наташа! Отзовись!
Нету. Блин, наверное к своей новой подружке упорола. В какой она квартире-то живёт… Иду в сторону кухни и, когда прохожу мимо спальни, за приоткрытой дверью мелькает тень.
Не сбавляя шаг, я прохожу на кухню, делаю погромче радио, достаю из ящичка с инструментами маленький «браунинг» и оттуда беззвучно возвращаюсь к спальне. Лев Лещенко старается, душу рвёт:
Снова замерло все до рассвета
Дверь не скрипнет не вспыхнет огонь
Только слышно на улице где-то
Одинокая бродит гармонь…
Будто про себя поёт…
Я останавливаюсь перед дверью. С той стороны никаких движений. Блин. Сосёт под ложечкой. Лишь бы с Наташкой ничего не случилось.
Твою дивизию!
Прямо передо мной стоит Наташка, её всю колотит, в глазах ужас, а в руках огромный кухонный нож.
6. Предчувствие весны
Картина, прямо скажу, жутковатая. Будто сцена из ужасника, того же, «Сияния», но я не Джек Николсон, я точно знаю. Быстро убираю маленький пистолетик в карман пиджака, а сам не свожу глаз с Натальи.
— Наташ, — мягко говорю я и улыбаюсь.
Она смотрит на меня и будто не понимает, что происходит.
— Натусь, — делаю я к ней маленький шажок. — Ты испугалась что ли?
Она вздрагивает, будто выходя из сомнамбулического сна.
— Да, — кивает она и действительно пугается, увидев нож в своей руке.
Глаза её расширяются, она разжимает пальцы и нож летит на пол, падая прямо рядом с её босыми ногами. Блин…
— Что случилось? — спрашивает она.
Вот и я хотел бы понять, что случилось.
