Автор
Эрта чувствовала свою безнадегу в каждой стрелке и каждом выстрелившемся глазе противника. Долгий бой длился девять часов, но даже их невероятная мощь не могла остановить неумолимое продвижение Существ. Эрта жила только от одного вздоха к другому, каждый из которых был наполнен отчаянием и решением продолжать бой в этой безнадежной игре черного противника....
Она чувствовала столько всего, происходившего сейчас в ее душе и теле… что ее модифицированный мозг опаздывал обрабатывать и опознавать все эти ощущения, просто принимая и передавая их ей, и все это было УДОВОЛЬСТВИЕМ. Почти болезненным. Чистой, ничем не разбавленной эйфорией. Она не слышала своих криков, стонов, шипения… судорог, ее извивавшегося в оргазме тела… потом она пришла в себя… и оргазм все еще продолжался… приступами, толчками, отголосками… то возрастая, то замирая, еще несколько минут. Как эхо. То, что сейчас произошло было для нее настоящим чудом резонансного слияния души, тела и эмпатии.
Потом они долго лежали и молчали, приходя в себя, не разнимая онемевших объятий, постепенно возвращаясь в реальный мир.
— Ты сделала это не потому что тебе было плохо?
— Нет. Мне было хорошо, — ответила она, целуя его грудь, — И мне никогда не было так хорошо как сейчас. А тебе?
— Мне очень хорошо.
— Правда?
— Я похож на лгуна?.. — укоризненно посмотрел на нее Ульрих.
— Нет, — зачарованно любуясь им, ответила Эрта.
— Ты сделала это, потому что тебе хотелось сделать это именно со мной?
— Именно с тобой. Я не знаю никого с кем еще мне бы захотелось это сделать.
Они опять молчали. И он опять нарушил его первым:
— Если ты опять намерена сбежать и пополнить мою коллекцию твоих ножей, то можно я выберу что мне больше нравится до того, как засну?
— Нет.
— Почему нет? Тебе жалко нож?
— Нет. Я не сбегу. Но, если ты хочешь нож, выбирай любой.
— Я не хочу выбирать, я хочу всё.
Все еще находясь в гипнотическом трансе его близости и голоса, она отвечала:
— Всё не могу, извини.
— Понимаю, ведь тебе придется быть там, где они, даже если ты этого не хочешь.
— Поэтому и хочу их все, — добавил он.
— Но ведь я и так у тебя. И я хочу быть у тебя. Мне все равно, какое оружие у меня в руках.
