Автор
Эрта чувствовала свою безнадегу в каждой стрелке и каждом выстрелившемся глазе противника. Долгий бой длился девять часов, но даже их невероятная мощь не могла остановить неумолимое продвижение Существ. Эрта жила только от одного вздоха к другому, каждый из которых был наполнен отчаянием и решением продолжать бой в этой безнадежной игре черного противника....
Я не могу ему не верить, зная своего сына. Но мне грустно, что он так отдалился от меня. И я хочу понять причину такой его перемены. Предполагаю, что ею можешь быть ты.
— Ты хочешь знать, любит ли он меня?
— 'Ты любишь моего сына?
— Нет. Я его друг.
— Значит ты куртизанка?
— Можно и так сказать.
— Значит, и я могу попросить твоей дружбы, которой ты одаривала моего сына на конюшне?
— Я не знаю всех правил вашей страны, но думаю, твои вопросы выходят за грани приличий.
— Я задал их только потому, что ты тоже не стесняешься выходить за грани приличий.
— Извини, я личная куртизанка твоего сына. Он заплатил мне на две жизни вперед. И даже, если у тебя есть право получать такую дружбу у гостей, в моем случае это невозможно.
Эрту удивляли его вопросы, он, конечно, испытывал к ней некоторую долю вожделения, но по-настоящему он ее не хотел и не имел намерений заняться с ней сексом.
— Я тоже заплачу, — продолжал Марк.
— Нет. Он заплатил за то, чтобы я дарила такую дружбу только ему.
— Значит, ты теперь его рабыня?
— Нет.
— Телохранитель?
— О, нет! Скорее, это он меня охраняет.
— От чего?
— От всего.
— Я ничего не понимаю…
— Я сама не понимаю. Давай, когда он приедет сюда опять, мы спросим его об этом вместе?
Он понял, что содержательного разговора с ней не получится. И сказал:
— Наверное, он просто вырос.
И ушел, оставив ее в покое.
Неделя жизни в ее новом доме прошла для нее одним длинным приятным сном.
