Автор
Эрта чувствовала свою безнадегу в каждой стрелке и каждом выстрелившемся глазе противника. Долгий бой длился девять часов, но даже их невероятная мощь не могла остановить неумолимое продвижение Существ. Эрта жила только от одного вздоха к другому, каждый из которых был наполнен отчаянием и решением продолжать бой в этой безнадежной игре черного противника....
И он ответил на ее взгляд:
— Он, действительно был уверен, что ты безумна и не умеешь говорить, или он такой же лгун, как и ты?
Она ответила, прямо глядя ему в глаза, делая выражение своего лица достаточно коварным, чтобы он ее больше не донимал подобным вопросом:
— Он не знал. Я использовала его в своих целях, не сообщая ему об этом.
— Я всегда знал, что он идиот, — обрадовался барон.
Сейчас он был в отличном расположении духа. Понаслаждавшись этим своим расположением еще несколько минут, он подозвал старика и спросил его:
— Ты умеешь читать?
Старик осторожно кивнул.
Барон произнес:
— Я выкуплю хутор и оформлю купчую на тебя.
Потом он обернулся к Эрте:
— Этого будет достаточного для гарантии?
Эрта посмотрела на старика.
Тот снова кивнул.
И она ответила барону:
— Да. Как только он прочитает бумаги и сочтет их оформленными верно, ты получишь мою жизнь.
Барон спросил, сомневаясь:"
"— Какие гарантии этого я могу получить взамен?
Она безразлично ответила:
— Это не моя армия находится сейчас здесь.
Он понял. И заявил:
— Моя армия останется здесь до завтра. А завтра у старика будут права на хутор. И мое слово, что никто их не тронет до тех пор, пока они находятся в этих землях.
Она чувствовала, что он не лжет. И что сделает так, как сказал. И поэтому она ответила:
— Договорились.
Все посторонние покинули деревню, половина их разместилась за его оградой. Жители смотрели на Эрту тяжелыми взглядами почти потустороннего ужаса. То, что на сделала не укладывалось ни в какие рамки.
— Ты уверена в том, что делаешь?
Она улыбнулась ему и ответила:
— Уверена. Не вини себя ни в чем. Я знаю, что делаю.
Потом она обернулась к детям:
— Не реветь! Может, поедим? Я голодная как черт.
Старики вздрогнули, услышав ее последнее слово.
Утром, получив свои бумаги и прощаясь с ней, старик заплакал и взял руку Эрты трясущимися руками:
— Черт ты или не черт, но спасибо тебе за то, что ты для нас сделала, Эртица.
Она погладила его руки свободной рукой:
— Прощай, отец. Живи долго. — сказала она ему слова прощания своего мира.
Ее привели в город и заперли в вонючем темном подземелье.
