Никаких шрамов от непрошенных операций по удалению органов обнаружено не было. Разве что над сердцем теперь красовалась та же пентаграмма, какую Алекс видел во сне…
Задумавшись, парень ущипнул себя и вскрикнул от боли.
— Чего орешь? — прозвучало с лестницы.
В гостиную спустилась та самая девушка, с которой Алекс имел несчастье познакомиться. Если таким словом можно назвать абсурдный прыжок с многокилометровой высоты. Дум даже не хотел вспоминать, каким образом они вообще оказались среди облаков. И так голова пухла от самых идиотских догадок.
Хотя вряд ли, конечно, Массад или Ми-6 обзавелись телепортационным оружием.
— Больно, вот и ору.
— Мужчины, — фыркнула феминистка и, перепыргнув перила, плюхнулась в кресло рядом с камином.
Вообще гостинная была ничего так — хромированный стеклянный столик, три кресла, длинный диван, где и спал Алекс, настоящий камин и пара ворсистых ковров.
— Где я? — спросил Дум, машинально натягивая одеяло.
— В безопасности, — леди все еще кривилась так, будто ей в глаз лимонным соком брызнули.
— Относительной, — добавили с кухни.
Открылась дверь и на сцене появилось новое лицо. Им оказался мужчина неопределенного возраста, одетый в смешной розовый фартук. Он нес на подносе несколько тарелок с мясными закусками. Поставив снедь на стол, неизвестный уселся на соседнее кресло и скрестил руки на груди. Под фартуком он носил странную коричневую рубашку, а вместе с кожаными штанами и высокими сапогами, создавалось впечатление, будто Алекс попал в Техасс.
Прямо перед ним сидел самый настоящий ковбой.
Угловатое лицо, высокие скулы, прямой нос и острый взгляд серых глаз.
— Локсли, — представился хозяин дома. — Совсем как известного персонажа. И, прошу простить мои манеры, но в этом доме не нашлось другой еды.
— В этом доме? — переспросил Дум.
— Да, — кивнул мистер Локсли. — мне, к сожалению, пришлось позаимствовать его на время у весьма добропорядочной семьи. И, дабы не пугать вас еще больше, спешу сообщить — с ними все в порядке. В данный момент, — мужчина посмотрел на потолок и тонко улыбнулся.
— они мирно сопят у себя в комнатах.
Алекс всегда гордился тем, что может понять любой говор выученного им языка. Но на этот раз ему приходилось напрягаться, чтобы разобрать, что говорит ему странный ковбой. Складывалось такое впечатление, что в ""современной"" обертке сидел какой-нибудь южанин времен салемской охоты на ведьм.
— Я все еще ничего не понимаю.
— Не удивительно, — прошипела леди и в который раз добавила. — Мужчины.
