Автор
Первым взмахом левой руки Чернокнижник погрузил клиента в туманную реальность, где запах стал невероятно привлекательным и маниакально знакомым. Клиент выглядел странновато, но черной энергией он заряжался все быстрее, пытаясь выжить в этом потаенном мироздании.
Мне присоединяться к нему в служении Лантаарее не хотелось.
Но, гарпун мне в печень, где взять для нее еще одну лошадь?
И одежду.
Потому что, обернувшись, я увидел еще более злую Одри, смущенного Армона и невозмутимо вышагивающую обнаженную черноволосую красотку.
— Хм, Одри, детка, думаю, тебе придется одолжить Ланте свое платье. У тебя ведь найдется запасное, верно?
— Что-о-о-о?!
Мама моя неузнанная, этим «что-о-о» можно людей убивать.
— Не будь жадиной, — я широко улыбнулся.
— Я не собираюсь давать свою одежду… всяким! Твоим… подругам!
— Одри, она вернет.
— Я не дам свое платье!
— Одри, ты знаешь, что с ближними надо делиться?
— Нет!
— Не может же девушка и дальше гулять… в таком виде. Замерзнет ведь.
Армон среагировал на мои слова и повернул голову. Зря, конечно. Его взгляд приклеился к аппетитному заду брюнетки, что стояла, рассматривая ограду, кривые надгробные камни, чахлые кусты и ехидно поглядывающих на нас ворон.
— Как красиво, — прошептала она.
Я хмыкнул.
— Не сомневаюсь. Ты очень… горячая девушка. Но если ты пойдешь дальше голая, мы доберемся лишь до городской стены. И то вряд ли. Тебе нужно платье. Одри?
— Нет, я сказала!
— Так. — Надоели они мне разом, и улыбаться я перестал. Прищурился, всерьез обдумывая мысль, а не оставить ли их тут, на этом кладбище. В склепе. Обеих. Можно и Армона за компанию. Что-то мои друзья начинают меня утомлять. А самому рвануть куда-нибудь, где тепло, много хелля и доступных девушек.
Кажется, Одри мою невысказанную мысль уловила, потому что тон поменяла. Но сдаваться так просто, не собиралась.
— Интересно, а куда делась та одежда, в которой она сюда пришла? — сообразила златовласка.
— Я ее порвал в порыве страсти, — подмигнул я. — Знаешь, у меня такая дурная привычка — рвать на девушках вещи. Ничего с собой поделать не могу. У кого-то только сорочку, а этой вот не повезло…
Одри намек поняла и замолчала совсем.
— Брось, детка, будешь так пыхтеть, я подумаю, что ты ревнуешь, — сказал я тихо, снимая сумку с лошади.
— Не льсти себе. Ты не настолько хорош, — еще тише бросила она.
— А ты успела сравнить?
Одри вскинула на меня взгляд. Прищурилась.
