Автор
Первым взмахом левой руки Чернокнижник погрузил клиента в туманную реальность, где запах стал невероятно привлекательным и маниакально знакомым. Клиент выглядел странновато, но черной энергией он заряжался все быстрее, пытаясь выжить в этом потаенном мироздании.
— Ой! Руки убери!
— Куда я их дену, интересно? Отстегну и в угол до утра поставлю? — я и не подумал убрать ладони с ее спины.
— Мне так… неудобно.
— А мне плевать, если честно. И ты меня окончательно утомила, детка. Закрой свой ротик и спи.
— Не надо мне приказывать!
— Если ты не замолчишь, я снова лишу тебя голоса.
— Только посмей!
— Посмею. Лучше не провоцируй, Одри. И прекрати ерзать! Я пытаюсь согреться и не собираюсь тебя насиловать, чтобы ты себе там ни придумала! По крайней мере сейчас! На данный момент я собираюсь выспаться, а не тискать твое худосочное тельце!
— Да как ты… Хам! У меня нормальное тельце… фу! Тело!
— М-м, ты мне предлагаешь убедиться? Или тебя убедить?
Девушка презрительно фыркнула и вновь предприняла попытку отодвинуться.
Но, как я и думал, монастырское воспитание вновь не позволило Одри проявить распущенность и уличить меня во лжи.
— Не вертись. Так хоть теплее. Камень быстро остывает.
Она снова сердито фыркнула, но затихла. Полежала, уткнувшись лицом мне в шею. От ее дыхания было щекотно, тепло и влажно. Непривычно. Хотелось отодвинуться. Или, наоборот, прижать ее крепче.
Девушка подняла голову, всматриваясь мне в лицо.
— Мы ведь выберемся отсюда, правда?
Я пожал плечами.
"— Хоть соврал бы, что ли! — рассердилась Одри и повернулась ко мне спиной, трясясь на камне. Но заснула она довольно быстро, видимо, длительный переход через скалы дал о себе знать. Да и голодные десять дней не прошли бесследно. Я осторожно переложил ее на себя, прижал ладонь к ее спине, между лопаток, пытаясь понять, что с ее внутренностями и кровотоком. Лезть в магию исцеления не стал, не моя стезя. И совершенно не сочетается с теми источниками, что используют чернокнижники. Но «просмотреть» состояние ее организма я был способен.
Отдача произошла на удивление легко, а ведь отдавать я сроду не умел… А здесь стоило лишь захотеть…
Одри задышала спокойнее, без хрипов, ее лицо умиротворенно разгладилось, а щеки порозовели. В угасающем свете дня я смотрел, как она спит, пока сам не провалился в сновидения.
ГЛАВА 20
Армон
Пятнистый Ромт вывел их из башни-маяка и, не оглядываясь, пошел вдоль стены.
