Автор
Первым взмахом левой руки Чернокнижник погрузил клиента в туманную реальность, где запах стал невероятно привлекательным и маниакально знакомым. Клиент выглядел странновато, но черной энергией он заряжался все быстрее, пытаясь выжить в этом потаенном мироздании.
Конечно, ни одно из моих сегодняшних действий не входит в разряд разрешенных Империей, да что там, если меня найдут или поймают с активной руной разрушения или человеческой жертвой в пентаграмме, то светит мне Круг и пыточная, а после — виселица. Но когда это чернокнижников останавливало?
К тому же и Фирд не играл по правилам, так что мы квиты. А над всеми законами Империи всегда главенствует закон жизни: кто сильнее — тот и прав.
В данный момент сильнее был я. Ну или хитрее и наглее.
Еще миг полюбовавшись на картину разрушения и хаоса, я зажег руну перехода и задержал дыхание.
От стража остался неприглядный труп, портал полностью вытянул его силы. Тело развалилось, когда я тащил его в кусты, чтобы не привлекало внимания.
Отряхнув руки, я направился ко входу в монастырь, намереваясь наконец-то поспать.
ГЛАВА 8
Вот только отдохнуть мне так и не удалось. Стоило устроиться на узкой лежанке в келье и закрыть глаза, как дверь распахнулась, впуская Армона. Я вздохнул. А ведь сначала мне пытался запретить войти служитель, потом — читать нотацию Просветленный, а теперь вот и напарник оказался не в меру пунктуальным.
— Жив? Я боялся опоздать! — напарник выдохнул и прислонился к стене. Судя по его виду, он промчался на четырех ногах без отдыха через половину Империи. Я хмыкнул.
— Ты этого старикашку на себе тащил? Хотел бы я на это посмотреть!"
"— Вижу, ты чувствуешь себя лучше, чем я думал, — сухо бросил Армон и принюхался. Я наблюдал за ним с интересом. Нюх оборотня — это нечто особенное, и мне было любопытно, что он почувствует в этой келье? Но что бы напарник ни унюхал, говорить он об этом не стал.
Он лишь кивнул на дрожащего старика, который, похоже, был в шоке от поездки на оборотне.
— Целитель, Лекс. Я надеюсь, ты сдержал свое обещание.
— Ни один монах не пострадал, — я фыркнул с насмешкой.
Армон кинул на меня острый взгляд и нахмурился.
