Совсем нет, о полной капитуляции разговора у меня с Беями не шло, но вот понести серьезные материальные и финансовые издержки, поделиться запасами зерна и еще много чем — это все будет необходимо признать и подписать в новом договоре о добрососедстве и сотрудничестве между вождями степи и Черноземьем.
Только самое главное состоит именно в том, чтобы подписывал его со стороны города и всего Черноземья именно я, да еще с неограниченными правами военного диктатора.
Поэтому, когда следующей ночью снова на стенах много и обильно шумят, щелкают арбалеты, посылая болты куда-то в непроглядную темноту, я только поворачиваюсь на другой бок и успокаиваю встревоженную таким шумом с близлежащей стены Гриту:
— Спи спокойно, милая. Гвардия города бдительно охраняет нашу безопасность и спокойный сон.
— Ты уверен, что орда не ворвется в город?
— Уверен, через стены им не пройти. Спи!
А сам лежу и смотрю в темный потолок. Если это случилось то, на что я надеюсь, то рано утром меня обязательно вызовут в Совет.
Шумели ночью и зря, и не зря, как оказалось утром.
Порт полностью захвачен вместе с дорогой между складами, но штурм невысоких здесь, всего четырехметровых, стен отбит, как доблестно рапортует на утреннем совете командир Гвардии.
Да уж, очень радостное событие, штурм типа отбит, но вот порт полностью захвачен.
Опять же врет, собака паршивая, никто эти стены и не штурмовал в ночи, поэтому и несуществующий штурм так легко отбили, зато подробный отчет о случившемся боестолкновении и понесенных горожанами потерях похож на самую настоящую печальную правду.
Под огнем степных лучников убито шестеро ополченцев и один гвардеец, ранено две осьмицы защитников стены, ответным огнем куда-то в ночь тоже поражено сколько-то много врагов. Правда, тел степняков в наличии и на виду не имеется совсем, так что про количество убитых приходится самим догадываться.
Или слушать рассказы болтливого сегодня с утра Альфура.
То есть, наверно, что поражено. Зато бегавшие с факелами по стенам по тревоге воины и ополченцы нахватали вдоволь острых подарков и не все их пережили. Совсем еще не готовы на самом деле в такие тревожные моменты чего-то соображать самостоятельно. Хотя бы факелы не держать при себе, а сразу же забрасывать вниз и как можно дальше.
Ладно, пока организация несения службы на стенах и само ведение войны не в зоне моей ответственности. Пусть с этим дело ответственные товарищи разгребаются.