В темном здании вспыхивает красный свет, заставляя сердце заколебаться. Серега плескает на камни, и пар проникает в потолок, создавая невероятную атмосферу тайн и приключений. В предбаннике у стола с кока-колой ждет диверсант из будущего, готовый выйти на сцену своих задуманной махинаций....
Это, девочка, называется подсознательная реакция на резкое изменение обстановки. Уход с линии возможного огня. Таким премудростям у нас не менее полугода учиться надо. И то не каждый схватывает. А у тебя за неполные две недели все закрепилось. Талант был твой дядя Саша. Ничего сказать не могу — мастер. Хотелось бы мне с ним за кружкой чая кое о чем бы поговорить.
— Вы говорите — был?
— Был. Погиб он при переходе линии фронта. Шальная пуля и все. Случайность. И не с такими людьми бывает.
— Как погиб? Он же говорил: «Убить меня трудно».
— А так. Это если видишь врага, всегда уйти можно или самому выстрелить первым. А от случайной пули никто не застрахован. Ему теперь все равно уже. Ордена ему не нужны и звания ни к чему. А ты живая. Последняя из всех, кто к этому делу причастен был. Пусть не впрямую, а косвенно. Но и твоя заслуга в этих документах тоже есть. И она не маленькая. Не одну тысячу жизней эти бумажки уже спасли и еще спасут. Потому и орден твой заслуженный и звание внеочередное. Ты думаешь, если бы он жив был, чего другого бы захотел?
— Вот вы говорите, ордена и звания, а он вообще про это не вспоминал, больше о том говорил, как мне себя вести и что дальше делать.
— Мы все об этом думаем, поверь мне, ладно? Но не у всех это выходит. Или выходит не так, как хотелось бы. Сколько времени надо на каждого человека потратить, иногда думаешь — все, готово, может! А его раз — и убили. Чего-то я, выходит, не доглядел.
— Не знаю я, товарищ майор. Мне сейчас говорить трудно. Можно я одна побуду? Вы не обижайтесь, но мне сейчас не по себе как-то.
— Я не обижаюсь. Только времени у нас с тобой мало. Через полчаса твои документы будут готовы к выписке. Пока вещи соберешь. Форму тебе получать не надо, я уже привез новую. Шофер принесет тебе ее через полчаса. Удостоверение личности я тебе уже передал, в конверте оно.
— Через час.
— Хорошо. Пусть будет через час. А я тебя все это время на улице подожду.
Майор повернулся и зашагал по коридору. Марина осталась стоять в коридоре. Глаза ее продолжали смотреть на заснеженный лес, но не видели его.
«Я буду тебя ждать, Котенок. Ты вернешься, и я тебя встречу.
— А вы сумеете? Ведь столько объяснить придется? Люди сейчас подозрительные, не верят никому. А вы такие вещи странные рассказывать будете.
