В темном здании вспыхивает красный свет, заставляя сердце заколебаться. Серега плескает на камни, и пар проникает в потолок, создавая невероятную атмосферу тайн и приключений. В предбаннике у стола с кока-колой ждет диверсант из будущего, готовый выйти на сцену своих задуманной махинаций....
Он остановился…
Что теперь делать-то будешь, родной? Руки поднимешь? Пленных резать — это завсегда, а вот самому-то каково в этой шкуре оказаться? Нервы у немца не выдержали.
Что-то крикнув, он зайцем прыгнул в сторону — к пулемету! Чпок… Не долетев он зарылся в снег.
Теперь — все.
Я повернулся к бойцу. Он сидел на земле, видимо ноги его не держали. Подобрав автомат, я подошел к нему, по пути проверив немцев — живых не было.
— Ну, что? Оклемался?
Он кивнул.
Пошарив в мешке, я вытащил флягу с трофейным шнапсом.
— На, глотни. Это помогает.
Он кивнул головой. Взял флягу и сделал неожиданно большой глоток, поперхнулся и закашлялся. Глотнул еще раз и протянул флягу назад.
— Звать-то тебя как?
— Сержант Барсова. Марина…
Глава 13
Так это девчонка? Где были мои глаза?
Поднявшись, я осмотрел немцев. Где-то тут я видел… Ага, вот она!
— На, — я протянул ей флягу с водой. — Умойся.
Так и есть — девчонка. Молоденькая. Лицо было чумазое, да и кровь натекла из ссадины на лбу. Сразу и не поймешь. Интересно, немцы это просекли? После того, как она умылась, стало видно, что на вид ей не больше 20 лет.
— Лоб шнапсом протри. Давай я тебе голову перебинтую, вон, как тебе крови-то пустили.
Она скинула капюшон, сняла шапку. Короткая стрижка (прямо как у мальчишки), русые волосы. Господи, как их на войну-то берут?
— Да уж… Из тебя сейчас барс, как из меня поп. Тебе сейчас не Барсова подходит, а скорее Котеночкина.
— А вы — кто?
— Партизан я. Зови меня — дядя Саша.
— Вы тут один? Или…
— Один я.
— И не боялись?
— Я на войне, дочка, больше лет провел, чем ты на свете живешь. Да ты и сама видела.
— А что ж вы с пистолетом-то. Их — вон, сколько было, даже и с пулеметом…
— Да? Очень им это помогло?
— Так у вас же еще и автомат был.
— Из него я бы тебя вместе с ними и покосил бы. Сама-то не забоялась, поди? Этот — твой? — кивнул я на немца с разбитым лицом."
"— Мой. Патроны вот только кончились, а то, я бы так просто не далась… — она наклонилась и подняла из снега пистолет «ТТ».
Затвор у пистолета стоял в заднем положении. Выщелкнув обойму, я убедился, что патронов в магазине не было.
— И, куда его теперь? Патроны есть еще?
— Нет. Если только у ребят остались.
Осмотрев погибших бойцов, я набрал пару десятков патронов и одну гранату «Ф-1».
— Не густо. Это как же вы вот так, почти без патронов в немецком-то тылу воевать собирались? — я отдал ей уже заряженный «ТТ» и оставшиеся патроны.
