В темном здании вспыхивает красный свет, заставляя сердце заколебаться. Серега плескает на камни, и пар проникает в потолок, создавая невероятную атмосферу тайн и приключений. В предбаннике у стола с кока-колой ждет диверсант из будущего, готовый выйти на сцену своих задуманной махинаций....
Мы шли с ней по лесу и я говорил. Должно быть, я устал держать в себе все эмоции, а может быть — просто понимал, что от нее мне не стоит ожидать какой-то подлянки. Я рассказывал ей про Афган, про Буденновск и Чечню. Про страшное слово «Норд-Ост». Она что-то невпопад спрашивала, ахала, сбивалась и сбивала меня. Удивлялась и бледнела.
— Но как же так, дядя Саша!? Вам в Москву надо, к Сталину!
— Ну, ты у нас неглупая девушка, вот и представь себе такую картину. Вылезает из леса некто, бородатый и в наколках, и говорит — везите меня к Сталину! Я великую тайну знаю! И дают ему личный самолет и везут — куда?
— В Москву!
— А на Колыму — не хочешь? Я даже тебе НИЧЕГО доказать не могу, а если кому посерьезнее? Говорил я тут с одним ОЧЕНЬ умным чекистом…
— И что он?
— Дал команду меня расстрелять.
— А вот это — кивнула она на мешок у меня за спиной.
— А вот это — аргумент, Котенок. Серьезный и весомый. По крайней мере сразу меня не шлепнут, а сначала выслушают. Только для этого — еще дойти надо.
— Вот дождемся ребят — и вместе!
— Твоими бы устами, Котенок, да мед пить… Ладно. Пришли мы, давай ночлег устраивать.
Облюбовав выворотень побольше, я начал устраивать там гнездо. Топорик у меня был. Нарубив несколько елочек, я, прислонив их к выворотню, сделал подобие шалаша. Марина тем временем резала лапник и выкладывала из него лежку внутри. Вплотную к выворотню я соорудил небольшой костер. Хорошо! Огонь горел чуть внизу, и со стороны его видно не было бы и так, да тут еще и елки его закрыли совсем.
— Все! Устраивайся на ночлег. Вон в мешке у меня пошуруй, там носки должны быть теплые, да и еще что-то подобное было.
Марина полезла в мешок и обзавелась некоторыми, полезными ей, вещами.
— Там еще пистолет лежит — возьми. Лишним не будет, патронов к «ТТ» у нас кот наплакал. А патронов к «вальтеру» там штук пятьдесят точно есть.
— Так у меня к нему кобуры нет.
— И не надо. Сунь его в карман, в левый, будет запасным.
— Так это вы так, с двух-то рук, стрелять можете.
— Утром покажу. Это наука нехитрая, если голова соображает правильно. А сейчас — спать! Пока костер тепла нагнал — засыпай."
"Я снял полушубок и уложил его на ворох лапника.
— Снимай свой и ложись сюда. А своим накроешься сверху.
— А вы как же?
— Дров подброшу и сбоку приткнусь. Поодиночке — вымерзнем к утру, а так и костер горит, и друг друга обогреем.
Ночью снег повалил совсем густо.
