Черные георгины — это мрачная история о детективных расследованиях и внутренних войнах. Мистический сюжет параллелируется атмосферой загадочных английских лесов, где легенды туманов и древние священные местоположения впитывают ужас и магию. Книга стимулирует мысль о том, что иногда правда может оказаться сильнее поверий, заставляя читателей задумываться о верности собственным интуитивным ощущениям....
И спасибо моей постоянной «опорной системе»: Гейл и Джиму Инглиш, Кэти и Хербу Дзанетти, Дебби и Трэвису Смит, Стефани и Дону Уэст, Джессике и Джоне Намсон, Стиву и Лиз Берри, Джиллиан и Бенджи Стейн и всей семье Йонкер.
Пролог
Поздний январь еще показывал острые зубы, но он не чувствовал морозных укусов, хотя и провалился в густой снег по колено. Волнительный трепет предвкушения разливался по венам жаром первой любви. Нет, женщина в затерянном в лесу домишке не была ни его любовью, ни его первой – сейчас она была целью.
Холодный ветер нашептывал песнь другой сирены, той, которой он уже оставил свою визитную карточку, что означало начало нового проекта. Вообще-то ему нравилось заниматься двумя проектами одновременно, но под этим пришла пора подвести черту.
Она обманула его, лишив того, в чем он нуждался, и теперь ей придется заплатить за это. Она предала его, перечеркнула ту жизнь, которая могла бы быть у них. Улизнула и даже не попрощалась. Укрылась в глуши – неужели думала, что сможет спрятаться от него? Избежать тех ролей, которые они оба должны сыграть? Те подарки, которыми планировал осыпать ее, они не значили для нее ничего. А ведь ей бы следовало знать, что у него есть на нее планы.
Он не значил для нее ничего.
Он нашел ее убежище, а потом немного поиграл. Оставил знаки – странные, непонятные, пугающие. Чтобы охнула, растерялась, а потом все же убедила себя, что ей померещилось. Он умнее, и ей бы стоило понять это и признать. И не только умнее, но и могущественнее."
"Жизнь – это власть, не так ли? Он усвоил этот урок на собственном горьком опыте.
Тьма нависла над горами тяжелым небом, ветер хлестал деревья. Снег пригибал ветви, заносил сковавший ручей лед.
Как она мучилась на следующее утро, пытаясь закрыть ее.
Он наблюдал за ней с удобной позиции на другом берегу ручья, едва не корчась от беззвучного смеха. В конце концов она сдалась и просто сходила в туалет, и ему удалось сделать несколько снимков своим дальнобойным объективом.
