Командир танка из 2040 года попадает в тело челябинского подростка в декабре 1942-го. Теперь Димка работает на легендарном Танкограде, где создают грозный Уральский добровольческий танковый корпус. Боец будущего должен помочь прошлому выковать оружие, которое фашисты назовут "Черными ножами".
Раздел Chitat.online для книги «Черные ножи» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Командир танка из 2040 года попадает в тело челябинского подростка в декабре 1942-го. Теперь Димка работает на легендарном Танкограде, где создают грозный Уральский добровольческий танковый корпус. Боец будущего должен помочь прошлому выковать оружие, которое фашисты назовут "Черными ножами".
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Командир танка из 2040 года попадает в тело челябинского подростка в декабре 1942-го. Теперь Димка работает на легендарном Танкограде, где создают грозный Уральский добровольческий танковый корпус. Боец будущего должен помочь прошлому выковать оружие, которое фашисты назовут "Черными ножами".
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Черные ножи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Напротив кровати у стены находился письменный стол, на котором стоял стакан в подстаканнике, да пара пузырьков аптекарского вида, там же рядом валялись несколько книг и тетрадей, рядом со столом приткнулся повернутый боком стул со сваленной поверх одеждой, в углу — платяной шкаф, на полу лежал плетеный коврик. На стене был приклеен плакат, изображавший красноармейца с винтовкой в руках, тыкающего штыком в живот полуодетому похожему на Гитлера толстячку со свастиками на обоих сосках. Толстячок держал над головой круглую черную бомбу с зажженным запалом, а позади него полыхал подожженный город. Надпись внизу гласила: «Фашизм — это порабощение народов! Фашизм — это голод, нищета, разорение! Все силы на борьбу с фашизмом!»
Отдельная комната — это очень хорошо, пусть и в коммуналке! Это роскошь по нынешним временам. В комнате жила его тетка Зина, забравшая Димку к себе после смерти его матери в ноябре сорок первого. Если бы не тетка, то его ожидал бы интернат. Отец же ушел на фронт в самом начале войны, а буквально через месяц семья получила похоронку. Это-то и подкосило мать, и она так и не выбралась из своего горя, сгорев за несколько месяцев. Сама тетка практически жила в цеху на заводе, а в те редкие ночи, когда она ночевала дома, Димка снимал второй матрас с кровати и спал на нем прямо на полу.
Осколки воспоминаний пробивались сквозь мое слегка мутное сознание. Я одновременно был Димкой и собой, и кем больше, сейчас не смог бы сказать точно. Главное, не паниковать! Успокоиться и мыслить рационально. Воспоминания обязательно вернутся, просто шок от перехода во времени вытеснил их на некоторое время. Примем это за рабочую гипотезу. Теперь продышаться, освободить сознание и выстроить в голове план.
Пусть все идет своим чередом. В любом случае, никакого выбора у меня нет. Значит, надо просто попытаться не выделяться своим поведением, побыть шпионом в чужом теле."
"Из приоткрытой двери слегка сквозило, и я только сейчас понял, что в комнате пахло лекарствами. Димка пил сердечные капли, прописанный врачом, но они не помогли. Странно, но после первого приступа слабости, я чувствовал себя вполне бодрым и полным сил. И в то же время я помнил, как Димка постоянно страдал от недостатка энергии, буквально заставляя себя делать шаг за шагом.
Организм внезапно выдал явные сигналы, заставившие меня выскочить за дверь в одних трусах и припустить бегом до туалета. Наша комната находилась в дальнем конце длинного коридора, по обе стороны которого находились запертые двери, ведущие в комнаты других жильцов — две двери по правую сторону, и две по левую. Всего, вместе с нашей, в квартире было пять отдельных комнат, в двух из которых, как я знал, были даже балконы.
