В тьмУпе словно нет ни единого звука — только собственные сердцебиения и глубокий промозолившийся воздух. Чуть свет, когда глаза еще не адаптировались к темноте, вырывает существо из состояния медленного безумия в холодную бесконечность — абсолютный мрак, где нет ничего, кроме себя и вечного покоя либо бесконечной тоски....
Похоже, «Черные ножи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А если повезет, то поставят бойца охранять палату несколько дней. А там, глядишь, наш Леша уже очнется и даст показания.
Мне эта идея не очень понравилась, но альтернативы я не мог придумать. Лехе требовалась защита, мы эту защиту обеспечить не могли. Более того я сам нуждался в охране. Судя по сегодняшнему случаю, мои враги — люди умные, хитрые и осторожные. И второй раз они подготовятся получше… поэтому до повторной попытки дело доводить не нужно. Идея спрятать меня на время подальше от цеха была хороша, и полигон — самое подходящее для этого место.
— Хорошо, я согласен.
Корякин кивнул, словно и не ожидал иного ответа, и внезапно подмигнул мне.
— Не бойся, Димка, прорвемся! Ты главное, оглядывайся по сторонам, и носи с собой хотя бы вот это… — он протянул мне самодельный кастет, наподобие того, который я отнял в свое время у хулиганов, а потом у меня его изъяли в милиции.
Я сунул кастет в карман и побрел к выходу. За мной тенями на некотором расстоянии двинулись Филиппов и Воронин, обеспечивая силовой прикрытие. Я не думал, что по дороге к дому на меня нападут, но Корякин решил не рисковать, и я понимал его опасения.
Все прошло спокойно. Я сел на трамвай и через полчаса входил в свой подъезд. Мои телохранители уверились, что я добрался благополучно, и отправились по своим делам. На их месте я предварительно проверил бы сам подъезд на наличие там ожидавших моего появления убийц. Но им это даже в голову не пришло, как и потенциальным убийцам, так что я зашел домой без происшествий.
Сегодня опять в кухне сидел один лишь Будников, словно специально поджидая меня. Остальные соседи, включая неугомонную тетю Варю, уже давно спали в своих комнатах, и только Степан Григорьевич бодрствовал.
— Дмитрий! — негромко окликнул он меня. — Не уделите ли мне несколько минут вашего драгоценного времени?
Раньше мне не приходило в голову, а сейчас я внезапно подумал — не слишком ли витиевато изъясняется простой деревенский сапожник? Его слог, его пространные размышления — все это не очень-то соответствовало выбранному образу.
