Каждый из них, кроме Эльвины не спал уже больше двадцати четырех часов. И Навирра, и Невзоров, и Винсент могли и больше, но смысла в этом не было. Поэтому поставив на страже магию темной эльфийки расположились в тени огромного дуба. Или это было похоже на земной аналог дуба.
– И ваш отец отпустил вас одну? Под землю?..
Все четверо сидели за круглым столом в маленькой таверне крохотной деревни. Они вообще вышли на это поселение случайно. Кроме незаметной тропки в поселок ничто не вело. Жители деревни тоже были крепко удивлены, что к ним явились гости и даже закрыли частокол, а некоторые потянулись к дубинам и лукам, но пришельцы оказались всего лишь путешественниками.
Навирра с Невзоровым сидели возле стены, а Винсент с Эльвиной ближе к центру и в отличие от первых двоих активно общались. Винсент изголодался по интеллигентным собеседникам, а вот Эльвине было страшно обращаться к кому из их компании кроме мечника. Навирра склонив голову сидела в глубокой задумчивости и пристально смотрела в огромную деревянную кружку с пивом. Иван разложил на материи свои пистолеты и старательно чистил каждую деталь. Искоса глянув на Эльвину он нехотя поинтересовался:
– Какие у тебя планы?
Душу бакалавра естественных наук буквально рвало на части. Ей очень хотелось вернуться домой, в тишь и покой своей комнаты в столице или даже домой к отцу. И спокойно завершить свою работу. Все её записи остались в той комнате, которую она так неожиданно покинула. Грубо говоря при ней были только деньги.
Поэтому все записи придется восстанавливать по памяти. Этого Эльвина не боялась, потому что сама проводила исследования, а не украла что-то чужое как делают это многие в академии и поэтому сможет восстановить все до последней запятой, если не сделать еще лучше. Но для этого нужна тишина и покой, а не тяготы пути. С другой стороны эта компания наемников, с которой ей пришлось дойти до поселения фактически в лесу её очень заинтересовало. Каждый из них шёл не за деньгами, что среди наемников встречается ну крайне редко. Она пару раз спрашивала об этом Винсента, тот мягко и умело переводил разговор на другую тему. Спрашивала Невзорова, тот фыркал и молчал. К Навирре она подходить вообще боялась, мало того что дроу коварны, опасны и агрессивны, но лицо Навирры к этому моменту было уже далеко не образцом красоты и замечательно выполнял функции устрашения.
