Вместо этого какой-то глухой и грубый голос задал ему простой вопрос:
— Кишкин, ну ты и дикарь! Кто же так встречает гостей?
Вот теперь чье-то тело с грохотом рухнуло на пол, а затем в комнату вошло еще несколько человек.
— Ибрагим, какого черта он застрелился? — прошипел кто-то. — Ну и что нам теперь с ним делать? Он должен был рассказать столько всего интересного!
— Не волнуйтесь, Игнатий Михайлович. Я думаю он нам и так все расскажет. Есть у нас один маленький чертенок, который даже из мертвых может ответы вытащить.
Жемчужников меня разбудил в половине седьмого утра. Честно говоря, я думал, что еще какая-нибудь хреновина случилась. Учитывая мои приключения за последние несколько дней, это было бы неудивительно.
— Доброе утро, Максим, — по голосу барона всегда было трудно определить в каком он настроении, а спросонья так вообще невозможно.
— А оно доброе, дядя Игнат?
— Для кого как… Но тебе беспокоиться не о чем, если ты об этом.
Ну хоть так, а то что-то я начал уставать чередовать проблемы с занятиями. Того и гляди тоже в медицинском блоке окажусь на реабилитации.
— Ты извини, что я так рано звоню, но есть одно важное дело, в котором без твоей помощи никак. У тебя как со временем на сегодняшний вечер?
— Да вроде бы свободен. Только уроков сегодня много. Могу не успеть обратно в «Китеж» вернуться до одиннадцати, — ответил я. — Вы же сами правила знаете.
— За это не переживай, вас с Алексеем заберут и обратно доставят. Так что, думаю, успеешь, — прошипел Жемчужников. — Но ты на всякий случай предупреди, что можешь у деда на ночь остаться. Кто его знает, как там оно пойдет.
— Что пойдет, дядя Игнат?
— Не телефонный разговор, Максим. Вечером все узнаешь. Давай, хорошего тебе дня.
Он отключился, а для меня начался длинный день мучительного ожидания. Ну, по крайней мере, не только я один страдал. Жемчужников и Лешке звонил, но тоже ничего не сказал.
А еще сегодня на завтраке наконец-то появился Шаповалов, которого ученики дружно приветствовали аплодисментами и радостным улюлюканьем. При этом все поглядывали на меня. Ну конечно, учитывая какие ходили слухи, всем было очень интересно как я отреагирую на его появление.
Разумеется, я хлопал вместе со всеми и действительно был рад, что для него все так хорошо закончилось. Веригин же сказал, что он мог дурачком остаться, но нет, повезло.
Егор застыл с улыбкой на лице, положил правую руку на грудь и торжественно раскланялся. Затем бросил взгляд в нашу сторону и помахал мне рукой.
