В темноте только отчетливый мерцание тлеющих свечей и слабый свет из-под закрытых дверей. Марори медленно приходит в себя, чувствуя жгучую боль в голове и запах горелой плоти. Пальцы оставляют незаметный след на плече — это знак доверия и бдительности. Вокруг таит опасность, но она решительно отказывается уступить своей больной голове и сжигающему миру....
Марори несколько раз моргнула, повертела головой, чтобы окончательно убедиться, что действительно жива. Ничего и нигде не болело. Если бы не жуткая слабость во всем теле, она бы непременно ущипнула себя за нос, чтобы убедиться, что способность ощущать боль никуда не делась. Но даже руку поднять оказалось невыносимо тяжело. Как будто кто-то привязал к запястьямтяжеленые гири, и любая попытка одолеть их вес была заранее обречена на провал.
— Наконец-то очнулась, - раздался совсем рядом знакомый голос Марроу.
«Если я все-таки умерла, то точно оказалась в Пекле, иначе откуда тут взяться этому …»
— Вот проклятье, я тебе второй раз чуть не пристрелил, - продолжил эрэлим с некоторой досадой то ли на то, что все-таки не попал, то ли на то, что обстоятельства вынудили действовать именно так. – Прости. Не придумал другого способа, как тебя вырубить, пока ты к такой-то матери не превратила в пепел нас всех.
Марори сглотнула, повернула голову по направлению его голоса и вдруг осознала, что находится в комнате, смутно похожей на больничную палату.
— Что там? – Марори оставила его раскаяние без ответа. Куда большее ее волновало происходящее на экране телевизора. Потому что, хоть диктор и пейзаж казались вполне реальными, общий вид разрушенных домов и бесчисленны пожарищ скорее походил на сцену из блокбастера о конце света.
Марроу увеличил звук, покосился на дверь, но, к ее большому разочарованию, из палаты не вышел. Понимание того, что рядом, в стенах одного помещения находится человек, который уже дважды норовил ее пристрелить, действовало на нервы и мешало сосредоточиться."
"— По нашей информации, в городах Сиггиль, Дорвен и Анард зафиксированы аномалии в Материи, - взволнованно, стараясь перекричать резкие порывы ветра и снежную бурю, рассказывала диктор.
