В темноте только отчетливый мерцание тлеющих свечей и слабый свет из-под закрытых дверей. Марори медленно приходит в себя, чувствуя жгучую боль в голове и запах горелой плоти. Пальцы оставляют незаметный след на плече — это знак доверия и бдительности. Вокруг таит опасность, но она решительно отказывается уступить своей больной голове и сжигающему миру....
Она сразу узнала собственные джинсы, свитер и куртку. Девушка хорошо помнила, что пакет с документами был запечатан, и она на всякий случай спрятала его на самое дно сумки. Если Марроу рылся в ее вещах – а, возможно, не он один – найти пакет не составило бы труда.
— Одевайся, нильфешни, я покажу тебе Эльхайм.
Он вышел.
Внезапный прилив бодрости был настолько сильным, что Марори буквально вылетела из постели. Казалось, дай ей еще пару глотков того сладкого адреналина – и она бы перевернула вверх тормашками весь мир.
На сборы ушло меньше минуты. Взъерошенные волосы Марори просто кое-как причесала пятерней. Перед кем тут красоваться? Да и не для того она сюда прибыла.
Марроу стоял за дверью, привалившись спиной к стене, и что-то энергично набирал в телефоне. Увидев свою «подопечную», сделал короткий приглашающий жест следовать за ним.
Сначала они шли по совершенно белому коридору, в котором было не протолкнуться от пациентов. Судя по их внешнему виду, все они были студентами Эльхайма.
Кабинка лифта оказалась глухой стальной коробкой, в которой они поднимались так долго, что Марори захотелось побродить из угла в угол, чтобы размять ноги – тело, переполненное энергией, требовало действий.
Когда кабинка наконец остановилась, они вышли в широкий короткий коридор, украшенный изящной витиеватой лепниной на потолке. Марори заворожено изучала переплетения диковинных лоз и цветов и не могла отделаться от мысли, что рисунок изменяется прямо у нее на глазах.
А когда они миновали коридор и оказались на небольшой округлой террасе – ее сердце глухо стукнулось в грудь и замерло от открывшегося взгляду великолепия. Она много раз видела Эльхам на открытках и в по телевизору новостях. В конце концов, она едва ли не до дыр засмотрела брошюру для поступающих и была уверена, что знает каждую башню, каждый стеклянный купол, каждый мост и арку.
