В темноте только отчетливый мерцание тлеющих свечей и слабый свет из-под закрытых дверей. Марори медленно приходит в себя, чувствуя жгучую боль в голове и запах горелой плоти. Пальцы оставляют незаметный след на плече — это знак доверия и бдительности. Вокруг таит опасность, но она решительно отказывается уступить своей больной голове и сжигающему миру....
— Ниваль, - позвала она пустоту, надеясь, что догадка верна, и они с гастом действительно совсем рядом, просто стоят по разные стороны тонкой перегородки. – Покажи, где ты. Одна я не смогу.
Она прислушалась к тишине.
— Ну же, Ниваль, если ты продержался там так долго, не сдавайся сейчас. Просто дай мне какой-то знак. Я трусливая, но сообразительная простоскровка. – Последние слова встали комом в горле.
Ничего, только тишина, в которой – она это чувствовала каким-то непостижимым для себя образом – был Ниваль.
— Это бессмысленно, нильфешни.
— Пожалуйста, можешь помолчать? Или у тебя есть конструктивное предложение, как мне помочь?
Наверху снова громыхнуло. На этот раз так сильно, что у Марори заложило уши. Какое-то время она не слышала ничего, кроме раздражающего писка, пробирающего до самых костей, а потом сквозь него в сознание проник остервенелый вой.
— Не нравится мне это, - откуда-то с периферии сознания донесся голос эрэлима.
Она с легкостью вытравила его из головы, сосредоточилась на зове своего фэлфаэра, который - Марори ни капли в этом не сомневалась – как и Ниваль мечется за тонкой гранью, разделяющей реальность и Хаос, и ищет способ прорваться к своей хозяйке.
Вой повторился и на сей раз так отчетливо, что Марори почудилось, будто ее Порождение Хаоса стоит прямо перед ней: стоит лишь протянуть руку, нащупать тонкую, как пленка под яичной скорлупой, преграду – и она дотянутся до своего шакала.
Она не сразу поняла, что все это время шарит перед собой в абсолютной пустоте. Пальцы хватали лишь воздух, бесполезное ничто. Но что-то же там определенно должно быть!
«Давай, простокровка, соберись и покажи, что и стреноженные куклы Вандрика могут быть на что-то способны».
В дверь с силой удирали с обратной стороны.
— Твою мать! – Эрэлим взвел второй пистолет, встряхнулся, всем своим видом давая понять, что готов держать оборону до последнего патрона.
— Ты же говорил, что это место опечатано.
— Я сказал, что это место – ловушка для дра’морцев, нильфешни. Но я не говорил, что мало-мальски сильный адепт или Мстер Плетения будет долго с ней возиться. И предвидя твой вопрос – скорее всего с той стороны тот еще крепкий сукин сын. Возможно, одна из твоих сестричек. Честно говоря, сбился со счету…
Новый грохот перебил Марроу на полуслове.
