В темноте только отчетливый мерцание тлеющих свечей и слабый свет из-под закрытых дверей. Марори медленно приходит в себя, чувствуя жгучую боль в голове и запах горелой плоти. Пальцы оставляют незаметный след на плече — это знак доверия и бдительности. Вокруг таит опасность, но она решительно отказывается уступить своей больной голове и сжигающему миру....
– Марроу с отвращением отбросил руку, поднялся."
"— Я уже видела одного дознавателя, который использовал Плетение и Материю в обход запретов, - отозвалась она. – И тот человек определенно не пылал желанием облегчить мне жизнь.
— Теперь главный вопрос, моя сообразительная клыкастая подопечная. Ответишь правильно – свожу тебя в кино. Какого хрена тут делает дознаватель?
— Он пришел за мной, - без тени сомнения ответила она.
Глава пятая
— Ненавижу все это дерьмо. – Нотхильдис с досады пнул стоящую поблизости железную урну.
Марори поплотнее завернулась в толстый вязанный шарф – едва ли не единственную теплую вещь из тех, которые успела забрать во время своего вынужденного побега из дома. Воспоминания о тех днях казались настолько размытыми, что сейчас она уже с трудом помнила и свою комнату, и лица родных. Ей хотелось с такой же легкостью забыть и их тела на полу, и предсмертный материнский шепот, и хриплый голос в темноте, но, увы, одного ее желания было недостаточно.
После событий с ее сигилами и последующим нападением на Эльхайм, остаток дня превратился в один сплошной бесформенный поток. Они с Марроу были вынуждены оставаться в лаборатории до тех пор, пока не подоспела помощь. Эрэлим вверил найденный труп Ти’алю и рассказал о своих находках, а тот в свою очередь поделился данными о случившемся в библиотеке Эльхайма. Его рассказ был коротким и по существу: в Разрыв затянуло около двух десятков студентов и трех преподавателей Плетения, которые пытались их защитить.
Во всем этом поистине хорошей новостью было извести о том, что жизни Ниваля ничто не угрожает.
— А ты все-равно выглядишь фигово… Нам нужно поговорить о Хаосе, Марори… - сиплым шепотом сказал Ниваль и снова провалился в забытье.
