Небанальный ум. Явно большое эго. Даже с моим небольшим опытом в расследованиях я замечал одну вещь. Расчетливые – те, кто убил, не поддавшись гневу, – всегда уверены: если нужно убрать препятствие к их личной выгоде, то любая овчинка стоит выделки. Ведь сколько эго и воли надо, чтобы медленно уничтожать жертву! Хладнокровно выжидать. ЛК становилось хуже несколько недель подряд, и все это время убийца был рядом. Как стервятник, тащился за умирающим. Никто из этих, в общем, симпатичных мне людей, безупречно вежливых, показавших себя хорошими товарищами в пути, не подходил на эту роль.
Но тем не менее кто-то из них был убийцей!"
"На своем этаже я остановился. Сейчас за поворотом будет ряд темных дверей. Номера Чекилева, Шеховцева, Беденко. Лицом к лицу, возможно, они выбраны точно напротив друг друга с умыслом? Вдруг все мои построения сбились: в конце темного коридора осторожно и быстро шел человек, его тень прыгала по стене то карликом, то громадным пятном. И, как мне показалось, шел он от двери моей комнаты.
Я рванул вперед. Громко стучали то ли каблуки тени, то ли кровь у меня в ушах. Слишком далеко, не успеть! Он повернул, и я, безнадежно его упуская, почти бегом кинулся следом. И тут же остановился. Прямо на меня смотрел среднего роста военный в серой шинели, наброшенной на плечи.
Чертово зеркало! Ровное, поблескивающее в темноте высокое зеркало в бархатной раме отражало меня. Тень-человек безнадежно ушел, пропал. Тот, кого я принял за него, был я сам. Серую шинель без погон притащил мне денщик от ЛК еще в станице, сказав, что Лев Кириллович категорически велит снять «эту вашу финтифлюку и надеть теплую вещь, не май месяц».
И правда, мой английский тренч совсем не спасал от холода… Мне стало не по себе от мысли, что, возможно, в коридоре не было никого, что я просто сбился из-за недосыпа, смерти ЛК… Я потер виски – и отражение повторило движения. Необходимо было хоть немного поспать.
Моя дверь была заперта, я сам запер ее, уходя, но замки тут простые. Интересно, если взять ключ от другой комнаты, подойдет ли он? Жаль, не проверить без ненужных вопросов.
Внимательно осмотрев бумаги и вещи, я не нашел следов чужого. На вид все было в том же порядке. Как я жалел, что у меня так мало опыта! Но что же? Я не следователь из сыскного, мой конек – наука. Оба убийства, и телеграфиста, и ЛК, дело рук человека опытного, знакомого с химией, ядами. Итак, у охотника за деньгами должен быть доступ к изощренным способам убийства, особое хладнокровие.
