В уличных часах вагона я отметил опоздание поезда — как всегда. Выскочил из вагона, уступив дорогу остальным пассажирам. Массивный чемодан звякнул о трещиненный асфальт. Кровь ударила в голову от яркого солнца на перроне.
Похоже, «Черный дембель. Часть 1 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Не, ну если друг попросил…
Я развёл руками и добавил:"
"— Друг — это святое! Друзья — это… о-го-го! Это не какие-то там бабы!
Белобрысый кивнул, будто согласился с моими утверждениями.
Я увидел влажный блеск на его висках. Заметил, как мужчина стиснул зубы, и как нервно дёрнулось его левое веко. Мазнул взглядом по синим рисункам на руках водителя. Пошатнулся, будто неуверенно стоял на ногах.
Я взглянул на зажатую в моей руке сигарету, удивлённо вскинул брови и сказал:
— Землячок! Так я чего пришёл-то!
Помахал сигаретой.
Указал сигаретой на лицо мужчины, будто прицелился в него волшебной палочкой.
— Землячок! — сказал я. — Огоньком меня угости, будь другом! Кто-то спички у меня спёр! Какой-то гад…
Пожал плечами и сообщил:
— Наверное, я у Варьки их оставил.
Белобрысый постучал себя по карманам, мазнул взглядом по салону. Покачал головой.
— Прости, земляк, — сказал он. — Спичек у меня нет. Не курю.
Я развёл руками, чуть присел и выдохнул:
— Оба-на!
Наклонился, заглянул в салон через водительское окно.
— Земеля, да ты гонишь! — сказал я. — На машине и без спичек?! Так не бывает. За слона меня принял?
Положил руку на горячую крышу «Запорожца».
— Ты пошарь по карманам, зёма! — потребовал я. — Хорошенько пошарь! Зажимать для дембеля огонь — это ж западло!
Я заметил, как вздулись у водителя мышцы на лице под скулами.
Белобрысый упёрся взглядом в мою тельняшку, нахмурился.
— Нет у меня спичек, парень, — сказал он. — Говорю тебе: я не курю. Так что иди своей дорогой, земляк.
— Ха! Вот те раз! Приехали!
Я ударил ладонью по крыше автомобиля и заявил:
— Не зёма ты мне, мужик! Понял?!
И снова саданул рукой по автомобилю — будто стукнул по металлическому тазу.
Водитель вздрогнул.
— Ты чмо, а не зёма! — заявил я. — Самое настоящее чмо! Понял?!
Выронил из руки сигарету, смял тельняшку на своей груди, спросил:
— Ты десантуру не уважаешь, чмо?! Плюнуть в полосатую душу хотел?!
Я склонился влево, с громким звуком смачно харкнул на ветровое стекло — струя слюны перечеркнула лобовуху наискосок, от неё вниз потекли похожие на пену капли.
— Вот так-то! — сказал я.
Белобрысый встрепенулся.
— Ты что творишь, пацан?! — сказал он.
— Не уважаешь десантуру, да?! — повторил я. — А если вот так?!
Картинно замахнулся и будто молот опустил кулак на капот. «Запорожец» отозвался на издевательство глухим жалобным стоном. С ветвей ближайших деревьев вспорхнули стайки мелких птиц.
— Как тебе такое?! — сказал я.
