Сегодня вы узнаете о жестокости капитализма и то, как рабство продолжает существовать в современной России. В зале плещет слабый свет от одной лампы, а вокруг клубится дым от сигарет, словно стена гнета. Слушая мое резкое объяснение, вы поймете страшные тайны советской жизни и осознаете роль каждого гражданина в благославении своего народа....
Похоже, «Черный дембель. Часть 3 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вслед за Колей мы прошли по будто бы только что подметённому двору к летней кухне, откуда доносились позвякивание посуды и бормотание радиоприёмника.
Первым делом я заметил в кухне на столе жареных карасей и солёные огурцы на тарелке. Потом уже обратил внимание на Маргариту Лаврентьевну. Мне показалось, что Марго слегка похудела. Её лицо и руки покрылись золотистым загаром (под глазами появилась сеточка тонких морщин). Свою причёску Рамазанова спрятала под цветастой косынкой. Поверх нового сиреневого халата она надела белый фартук.
Положил руку Котовой на плечо, сказал:
— А это Лена. Мы вместе с ней сюда уже пару раз приезжали.
Котова улыбнулась.
— Но только раньше тут всё было по-другому, — сказала она. — Не так… красиво. Сразу видно, что у этого дома появилась хозяйка.
За обедом мы с Котовой делились с хозяевами дома своими впечатлениями о море: я описывал море таким, каким застал его в пансионате «Аврора» — рассказ Лены о море в Геленджике отличался от моего, был не столь восторженным.
После рассказа Марго о поездке в Мурманск Николай вдруг сообщил:
— Студенты, я скоро буду учиться вместе с вами.
— Николай, вы поступаете в наш институт? — спросила Котова.
Она приподняла брови.
— Восстанавливаюсь, — ответил Уваров. — Я уже учился в вашем МехМашИне. Заочно. Оставалось полгода, плюс диплом. Но тогда случилось вот это…
Коля взглядом указал на фотографию жены, что всё ещё висела на стене в летней кухне.
— … Мне стало не до института. А потом…
Николай махнул рукой.
— Теперь мы подумали и решили, что учёбу я всё же закончу, — сказал он.
Мы с Леной заверили Уварова, что он принял мудрое решение.
Я заметил, что Маргарита Лаврентьевна улыбнулась.
После обеда Котова задержалась в летней кухне: помогала Марго. А мы с Николаем вышли во двор, уселись на лавку под навесом. Пили из больших керамических кружек холодный квас.
— Ну, что там… в городе, студент? — спросил Николай.
— Рамазанов не успокоился, ищет, — ответил я. — Не поверил, что она утонула.
