Ветер колебал дремучий лес, где скворцы перелетали от кустарника к кустарнику, как будто они сами прятались. Подсолнечник ярко пылал в небе, сверкая на земле и глазах Котовой, которая с любопытством и испугом смотрела на гостей из другой планеты — черных дембельцев. Отчего-то она чувствовала себя защищенной от всего мира в этом уединенном уголке природы.
Похоже, «Черный дембель. Часть 4 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Нет, — сказал Кирилл.
Он посмотрел мне в лицо и тут же добавил:
— Всё, Серёга. Я понял. Отпусти.
Я выпустил руку брата и рванул к Венчику — как раз в тот момент, когда Веня сделал резкий вдох. Ударом «с левой» в солнечное сплетение я выпустил из Сельчика лишний воздух. Веня выпучил глаза и снова повалился на пол.
Младший брат прикоснулся к моему плечу.
— Это… Серый, — сказал он. — Такое дело… я не умею одевать… ну… женщин.
Я положил правую ладонь на загривок силившемуся вдохнуть Сельчику, обернулся. Взглянул на топтавшегося в нерешительности на одном месте Кирилла. Отметил, что мой младший брат уже не выглядел грозно — скорее, казался испуганным.
— Женщин одевают так же, как и раздевают, — поделился я с братом житейской мудростью. — Проделай все те же действия, как при раздевании. Только в обратной последовательности.
Я улыбнулся.
Кирилл дёрнул плечами.
— Ну так… я еще не раздевал её… ни разу, — сказал он. — Так, чтобы полностью…
Я не позволил Венчику выпрямить спину — несильно сжал его шею, наклонил Веню лицом к полу. Покачал головой.
Сказал:
— Так прояви фантазию, малой. Это несложное дело. Ты справишься. Я уверен. Заодно и потренируешься. В жизни тебе такие навыки точно пригодятся. И не волнуйся: Инге я об этой твоей тренировке не расскажу.
Кирилл вздохнул и спросил:
— А может, разбудим её?
— Сейчас? — сказал я.
Усмехнулся.
— Сомневаюсь, малой, что у нас это получится.
Похлопал притихшего Веню по затылку.
Спросил:
— Да и зачем? Чтобы она очнулась рядом с нами в чём мать родила? Ты уверен, что Инга такому пробуждению обрадуется?
— Не обрадуется.
— Вот в том-то и дело.
Я махнул рукой, сказал:
— Иди уже, малой. Займись делом.
Опустил глаза на Венчика и добавил:
— А я пока пообщаюсь с нашим общим другом. Есть у меня к нему пара вопросов.
Убедился, что Кирилл поплёлся в гостиную. Я проводил его взглядом — Кир свернул к дивану. Я вновь обратил внимание на замершего у моих ног хозяина квартиры. Тот вертел головой, но не сходил с места. Я схватил его за плечи, дёрнул вверх и развернул Веню лицом к себе. Усадил Венчика около стены — тот врезался в стену затылком. Без предупреждения прописал секретарю комсомольской организации «таблетку для памяти» (ограничился пока слабой дозой)."
"Присел на корточки, с интересом разглядывал лицо Венчика, пока тот судорожно хватал ртом воздух. Невольно сравнил нынешний облик Венчика с тем, который Вениамин Сельчик приобрёл «тогда», после встречи с моим кулаком (около пивной бочки).
