Ветер колебал дремучий лес, где скворцы перелетали от кустарника к кустарнику, как будто они сами прятались. Подсолнечник ярко пылал в небе, сверкая на земле и глазах Котовой, которая с любопытством и испугом смотрела на гостей из другой планеты — черных дембельцев. Отчего-то она чувствовала себя защищенной от всего мира в этом уединенном уголке природы....
Похоже, «Черный дембель. Часть 4 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я получил от проводницы постельное бельё и вскоре тоже завалился спать. Но уснул далеко не сразу. Смотрел прямо перед собой: на потолок вагона. И размышлял вовсе не о Насте Бурцевой и не о Москве.
Я вспомнил, что в эту же субботу (но «тогда»: в прошлой жизни) я вечером в колхозе уже прогуливался (около колодца рядом с летним домом) под руку с Ларисой Шировой. Лара тогда внимательно и с интересом слушала мои россказни и загадочно улыбалась. Наблюдавший за нашей прогулкой Андрей Межуев посматривал мне вслед с нескрываемой завистью.
Я ухмыльнулся. Подумал, что теперь у старосты нашей группы не было для этой зависти повода. За прошедший год Андрей Межуев обзавёлся авторитетом среди одногруппников. И теперь (в моё отсутствие) Андрей наверняка считался в летнем домике одним из главных авторитетов — наравне с сыном директора швейной фабрики и с моим младшим братом.
Отметил: я бы сейчас не удивился, если бы мне сказали, что сегодня под руку с Ларисой Шировой на работу в поле пошёл именно Андрей Межуев.
Нахмурил брови. Потому что не представил Широву наряженной в свадебное платье. Но я вспомнил, как Лара прижималась к моей груди и громко рыдала в октябре — будто наяву увидел, как подёргивались острые лопатки на её спине. Вспомнил запах алкогольного перегара и пота. Но я так и не воскресил в памяти аромат духов, которыми тогда пользовалась Лариса.
* * *Поездка в Москву отличалась от летнего путешествия к морю уже тем, что сейчас никто из бродивших по вагону пассажиров не задевал мои ноги. В этом для меня и заключалась главная прелесть купейных вагонов: я полюбил их ещё в школьном возрасте, когда папа впервые повёз нас в Евпаторию в «вагоне с дверями». Голоса проснувшихся пассажиров поезда мне не мешали. Я почти не прислушивался к разговорам. Лишь отметил для себя, что мои соседи по купе тоже ехали в Москву, и что наш поезд прибудет в столицу СССР только ночью, потому что он останавливался «около каждой посадки».
Мои соседи по купе оказались опытными путешественниками. Днём они просветили меня по поводу правил поведения в столице. Поделились опытом езды в метрополитене. Объяснили, как поймать такси и не попасться на уловки столичных таксистов. Рассказали о главных достопримечательностях столицы.
