Автор
В черной комнате пахло дымом, воском и алкогольными ароматами. Здесь росли необычные растения: кактусы, фиалки и даже маленькая финиковая пальма, прижавшись к хрупкой женщине-коту, которая держала его на себе, словно владелица лошади.
Похоже, «Черный дембель. Часть 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Она тряхнула головой. Я высвободил руку из-под её холодной ладони, достал из папки соединённые канцелярской скрепкой листы серой бумаги, исписанные моим размашистым почерком. Положил этот «документ» на столешницу рядом с Котовой.
— Прочти. Это описание судебного заседания. На котором я присутствовал.
Лена спросила:
— Ты присутствовал на нём во сне?
— Тогда мне казалось, что я всё это увидел и пережил наяву.
Котова опустила взгляд на «документ», прочла несколько строк — я заметил, как она вздрогнула. Лена пальцем пометила строку, на которой прервала чтение и вскинула на меня глаза.
— Это суд над Кириллом? — спросила она. — Что он натворил?
— Читай. Там всё написано.
Я выбрался из-за стола и сообщил:
— Сварю ещё кофе.
* * *За кухонный стол я не сел. Налил себе в чашку новую порцию ароматного напитка, замер около окна (в шаге от ощетинившегося колючками кактуса). Ветерок поглаживал меня по голове. Я пил кофе. Наблюдал за тем, как Котова переворачивала страницы и роняла на них слёзы. Слушал всхлипывания Лены, шуршание бумаги, тиканье часов и птичье чириканье.
После отчёта о заседании суда я положил перед Леной пересказ моего разговора с младшим братом, который случился уже после вынесения приговора (Кир мне тогда показался сломленным, лишённым надежды). Вслед за вторым «документом» я вручил Лене ещё один: написанный, якобы, со слов Артура Прохорова (там я от лица Артурчика высказал собственные предположения).
* * *Котова помотала головой.
— Этого не может быть, — заявила она. — Кирилл так не поступит.
Лена положила руку на стопку «документов», будто отвергала содержавшуюся в них информацию. Её глаза влажно блестели, губы всё ещё едва заметно дрожали.
— Кирилл любит Наташу, — заявила Котова. — Я это точно знаю. И он не убийца.
Она шмыгнула носом, моргнула (по щекам скользнули две большие капли) и дрогнувшим голосом спросила:
— Ведь… правда? Он этого не сделает? Он ведь не виноват?
Я покачал головой.
— Не виноват.
— Почему же тогда…
Лена не договорила, приподняла руку и посмотрела на прижатые сейчас к столешнице лишь тенью от её руки «документы». И тут же вновь подняла взгляд на меня.
— Наташа умрёт? — едва слышно спросила она.
По её щекам вновь наперегонки заскользили к подбородку слёзы. Котова судорожно всхлипнула.
