Автор
Майор Сэндз с опаской принимает ухаживания госпожи Удача. Его опыт показывает, что эта женщина предпочитает награждать неподвластных, несмотря на ее собственные дурные поступки. В книге "Черный Лебедь" вы окунетесь в мир, где судьба обещает больше золота, чем ума может разобрать....
Он вздрогнул и повернулся лицом к девушке: она сидела совсем близко, чуть склонясь вперед и отвернувшись в сторону.
— Присцилла! – дрожащим голосом сказал он, с волнением обнаружив, что глубоко тронул сердце девушки.
Смутившись, мисс Присцилла поспешно встала.
— Доброй ночи! – быстро проговорила она тихим голосом.
Тяжелая занавеска упала следом за нею. Де Берни остался один. Повернувшись ко входу в хижину, он едва слышно произнес:
— Благодарю тебя за слезу, пролитую на надгробье разбитого сердца.
И, поднеся левую руку к губам, он приник к ней в долгом поцелуе.
Глава XIV
Нимфа и сатир
Утром, когда майор и де Берни пришли в хижину завтракать, мисс Присцилла пожаловалась французу на Пьера.
Вот уже третий день подряд его нет на месте, когда нужно готовить завтрак.
— Его нигде не сыскать. Является лишь к полудню… Чем он занимается? Где бродит?
— Наверно, ходит за ямсом,[49] — ответил де Берни на всякий случай.
— Можно подумать, его так трудно найти. Вчера и позавчера я сама видела, как он возвратился из леса с пустыми руками.
— Может, его и правда трудно найти и ему приходится забираться далеко в заросли?
Девушке показалось странным, что де Берни мало волнует беспечность его слуги.
— А почему бы ему не заниматься своими поисками после завтрака?
— Но может, ему нравится собирать ямс в те часы, когда он окроплен утренней росой?
Девушка взглянула на него более пристально:
— Зачем вы смеетесь надо мной? – обиделась она.
— Теперь нам так редко случается посмеяться, что вы, надеюсь, простите мне эту ничтожную прихоть, – извинился он.
Мисс Присцилле показалось, что де Берни отнесся к ее словам без особого участия. Но она не стала делать ему замечания и немного расстроилась.
Этим утром майор и француз, как обычно, отправились упражняться в фехтовании.
В это же самое время на другом конце берега маячил красный силуэт капитана Лича, мотавшегося взад и вперед по влажному, твердому прибрежному песку. Ему не терпелось выйти в море — как говорится, береженого Бог бережет, – и он то и дело подгонял своих людей с ремонтом корабля.
Со своего места капитан заметил, как майор с французом вошли в чащу. Потом его взгляд привлекло зеленое платье мисс Присциллы — как раз в ту минуту, когда девушка выходила из хижины.
