Я с головы до ног окутал холодным зловещим покалечиванием под мостом. Вздохнула тишина: Разрушитель исчез в водовороте, но я сам видел его? Или же это был исполнитель из числа простых, посланный проверить бомбы? Черный лис Шива скользнул мимо моих глаз как невидимка, ускользая от злосчастного случая....
Похоже, «Черный лис. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Она обозревала окрестности, ненадолго задержав внимание на светлых контурах на асфальте. — Никогда не видела, чтобы с Эфиром обращались так, как ты, — голос её звучал угрюмо, даже как-то обиженно.
— Это комплимент? — на всякий случай уточнил я.
— Это зависть, чудовище моё, — за Любаву ответил Фудзи. — Чёрная, густая, как смола, зависть.
— А вот и нет, — девушка сложила руки на груди и надула губки. — Стихия воздуха — всё равно самая пластичная.
— Успокойся, любовь моя, — Фудзи ласково потрепал девушку по плечу.
— Да ничего я не проиграла…
— Вы до сих пор не понимаете, да? — развернувшись, я оказался лицом к лицу с ними, моими друзьями. — Это не игра! Вы что, не видите?.. — оглянувшись, я повёл рукой вокруг, охватывая закопчённые дома, горящее дерево, бронированную машину и вереницу солдат рядом с Салтыковой. — Ещё чуть-чуть — и ТАК будет везде. По всей России, по всему миру.
Фудзи состроил трагическую мину.
— О-о-о, сдаётся мне, друг Курои вышел на тропу войны, — сказал он заговорщицким шепотом, обращаясь к Любаве.
И подмигнул.
А я вдруг увидел, что рубашка у Фудзи вся серая, и держится на одной пуговице. Что волосы его, хоть и зачесанные назад, отчаянно нуждаются в шампуне, что ключицы, скулы, подбородок — заострились так, как это бывает у людей, перенесших тяжелую болезнь.
Но он всё равно находит в себе силы иронизировать и шутить.
Мне стало стыдно. И почему я так завёлся?.
Или… Из-за Любавы? Да, мне не понравилось, как мой друг фамильярно зовёт её «любовь моя». Это отделяет их от других. Намекает на то, что у них есть что-то ОБЩЕЕ.
И это меня бесит. Почему? Мы знакомы всего несколько часов, и провели их далеко не в романтичной беседе…
— Где же он? — опять мои мысли о Любаве были прерваны на самом интересном месте.
— Что? Кто?
— Шива, — если бы Фудзи не был так хорошо воспитан, он бы закатил глаза.
— А… Да. Знаю.
— И?..
— И собираюсь начать охоту прямо сейчас.
— Я буду участвовать.
— Фудзи, ты вовсе не обязан…
— Это гири, друг мой, — буднично пожал плечами Фудзи. — Я даймё. И просто не могу поступить по-другому.
— Я присоединяюсь.
— Вот это уж вряд ли. Любава, ты…
— Это не обсуждается, мальчики, — взгляд надменный, как у королевы. — Идёмте. Время дорого.
