Я с головы до ног окутал холодным зловещим покалечиванием под мостом. Вздохнула тишина: Разрушитель исчез в водовороте, но я сам видел его? Или же это был исполнитель из числа простых, посланный проверить бомбы? Черный лис Шива скользнул мимо моих глаз как невидимка, ускользая от злосчастного случая....
Похоже, «Черный лис. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— И видимо, неплохо знакомы с его… сыном?
— Внучкой. Её зовут Сакура.
— Да-да, припоминаю, — он качнул головой. — Пухленькая такая девчушка. Чернявая. С мягким покладистым нравом…
— Высокая блондинка с глазами, которые умеют метать настоящие молнии и характером, как у богини огня.
Полковник улыбнулся и кивнул. Я прошел проверку — вероятно, одну из многих.
Длань Государя… — подумал я. — Вероятно, эта должность включает в себя очень разные обязанности.
Дверь распахнулась, и в библиотеку стремительно ворвался Соболев.
Мой друг сильно изменился. Непослушные кудри были аккуратно зачёсаны назад и даже подстрижены. Мундир — почти такой же, как у Соболева, но с меньшим количеством планок, делал его стройнее и выше. И как-то взрослее.
Двуглавый орёл на фоне красного солнца — такой же, как у князя, был искусно вышит шелковыми нитками и походил на чудесное произведение искусства.
— Приношу извинения за то, что покинул вас столь скоропалительно, господин Разумовский — сказал Соболев.
— Во время нападения никто не пострадал? — полковник тоже поднялся, и встал рядом с князем.
— У нас всё благополучно.
— Будете выдвигать обвинение? — голос Разумовского теперь звучал более официально.
— Надо бы, — улыбнулся Соболев. — Но не хочется омрачать дебют внука судебной тяжбой. Кстати, дорогой полковник, разрешите представить: Константин Фудзивара. Мой гость и ОЧЕНЬ хороший друг.
Фудзи щелкнул каблуками и склонил голову.
Двусмысленное положение: клан Фудзивара убил семью Соболева, тем самым обрекая князя на долгие годы болезни. Но князь подчёркивает, что Константин является его ХОРОШИМ ДРУГОМ.
Вероятно, Длань государя прекрасно осведомлён о трениях, существующих в семье правящего клана Ямато, — потому что Разумовский на слова князя лишь наклонил голову в ответ. Поздоровался с Фудзи.
— Друг князя Соболева — мой друг, — сказал он так, словно произносил священные слова клятвы.
Возможно, так оно и было.
Соболев вежливо взял Разумовского под локоток, отвёл в сторону. Мы с Фудзи остались одни. Не виделись мы с самого приезда — с тех пор, как я вышел из бронированного лимузина и поднялся на башню.
Удивительно. Прошло не так уж много времени, всего несколько часов. Но мы с Фудзи успели сильно измениться — каждый по-своему.
— Поздравляю, чудовище — на лице моего друга появилась знаменитая широкая улыбка. — Вот и у тебя есть дом.
